С. ЯКОБИ,

соискатель ученой степени кандидата юридических наук Института международного права и экономики им. А.С. Грибоедова

 

Коренные преобразования, происходящие в Российской Федерации с начала 1990-х гг., вызвали интенсивное развитие банковской сферы. Банки обоснованно считаются стратегической частью экономической системы, играющей важнейшую роль в налаживании и успешном развитии рыночного механизма. Как наглядно продемонстрировали события последних лет, процессы, происходящие в данной сфере, оказывают прямое влияние на все без исключения стороны жизнедеятельности социума и в конечном счете определяют социальную стабильность общества.

Становление в России коммерческих банков и формирование правовых основ их деятельности относятся к числу наиболее значимых результатов происходящих в стране преобразований. И внимание государства к данной сфере оправданно, поскольку оптимизация новой банковской системы выступает необходимым условием последовательного осуществления самой экономической реформы.

Дальнейшее развитие России напрямую зависит от состояния банковской системы. Сегодня основная нагрузка по кредитованию лежит не на государственных, а на крупных коммерческих банках. В этих условиях возрастает значимость решения проблемы обеспечения стабильности коммерческого сектора банковской системы России. С сожалением приходится констатировать, что либерализация экономической деятельности в российском варианте перестроечных процессов не была подкреплена адекватными механизмами ее контроля и защиты от противоправных посягательств, и это стало одной из основных причин криминализации финансовых отношений в нашей стране.

Анализ состояния банковской системы в последние годы показывает, что процесс становления рыночных отношений сопровождается ежегодным обострением криминогенной ситуации в данной сфере. Свидетельством тому являются серьезные изменения, произошедшие в структуре и динамике преступности. Материальный ущерб, наносимый преступлениями в данной сфере, весьма велик. Особая опасность банковских преступлений связана с их групповым характером; в них участвуют и юридические, и физические лица, а также должностные лица, призванные осуществлять надзорные и контролирующие функции. При этом преступления в банковской сфере отличаются разнообразными, постоянно обновляющимися, усложняющимися способами и методами. И потому сегодня основную опасность для российской банковской системы несут в себе не возможные макроэкономические катаклизмы, а преступные посягательства, которые по своим качественным характеристикам создают угрозу стабильности всей финансовой системы и тем самым экономической безопасности Российской Федерации.

Доля преступлений, совершаемых в коммерческих банках, на протяжении последних лет не превышает одной пятой от общего числа преступных деяний в банковской системе в целом. И хотя официальная статистика иллюстрирует лишь верхнюю часть айсберга, но даже эти данные говорят о том, что ущерб, наносимый преступлениями в коммерческих банках, на порядок превышает аналогичный показатель для государственных учреждений. Это обстоятельство обусловливает особую актуальность противодействия преступности в рассматриваемом секторе экономики. Одним из важнейших факторов, способствующих успешному противодействию преступности, является совершенствование уголовно-правового законодательства.

Несмотря на серьезное обновление уголовного законодательства, регулирующего общественные отношения в экономической сфере, некоторые конструктивные особенности ряда статей УК РФ делают его нормы малоэффективными. Неопределенность используемых формулировок, бланкетность большинства норм и наличие в них оценочных понятий создают серьезные трудности в практическом применении. В сложившейся ситуации четко просматривается необходимость дополнительной ориентации уголовного законодательства на обеспечение защищенности банковской сферы от преступных посягательств.

С учетом изложенного предупреждение криминальных проявлений в сфере коммерческой банковской деятельности следует оценить как весьма значимую правовую проблему.

Анализ судебно-следственной практики свидетельствует о том, что в ходе правоприменительной деятельности возникает ряд проблем, касающихся уголовно-правовой квалификации тех или иных деяний, посягающих на общественные отношения, складывающиеся в процессе функционирования коммерческих банков. Подобное обусловлено, на наш взгляд, прежде всего несовершенством уголовного законодательства, отсутствием по ряду важнейших положений УК РФ разъяснений Верховного суда РФ, полярностью научно-практических толкований тех или иных норм уголовного закона. Подобные проблемы теоретического плана приводят к тому, что в практической деятельности правоохранительные органы применяют уголовное законодательство по своему усмотрению, зачастую противоречиво.

Попытаемся проанализировать наиболее актуальные проблемы уголовно-правовой квалификации деяний, посягающих на собственность банка и порядок функционирования банка.

Одной из значимых проблем является необходимость расширения в ст. 176 «Незаконное получение кредита» УК РФ понятия субъекта преступления. Согласно действующей редакции данной статьи субъектами незаконного получения кредита являются индивидуальный предприниматель, а также руководитель коммерческой или некоммерческой организации, уполномоченный на заключение кредитных договоров. Однако нынешние социально-экономические условия таковы, что в указанную статью требуется включить, наряду со специальным, общий субъект преступления — физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста, то есть гражданина, не занимающегося предпринимательской деятельностью.

Указанная проблема для теории уголовно-правовой науки не нова. В процессе ее обсуждения высказывались мнения как в поддержку данной идеи, так и против подобного допол-нения нынешней редакции ст. 176 УК РФ. Анализ научной дискуссии свидетельствует о том, что большинство исследователей стоит на позиции необходимости привлечения к уголовной ответственности за незаконное получение кредита также гражданина, который не является индивидуальным предпринимателем (то есть признанным таковым в действующем гражданско-правовом порядке), руководителем организации либо лицом, исполняющим управленческие функции[1].

Поддерживая, в принципе, данную точку зрения, хотелось бы привести ряд своих доводов. В последние годы стало популярным кредитование той категории населения, которая часто не имеет в достаточном количестве свободных денежных средств для покупки дорогостоящих вещей либо для решения иных бытовых нужд, никак не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Наряду со Сбербанком, который и ранее активно предоставлял населению всевозможные кредиты (например, на неотложные нужды, покупку бытовой техники, получение образования), в последние годы в эту программу включается все большее число коммерческих банков. Примечательно, что в борьбе за потенциальных клиентов между кредиторами уже существует определенная конкуренция, которая чаще всего выражается в предложении более выгодных условий кредитования (низкие проценты по ссудам, беспроцентные кредиты, удобный график погашения ссуд и т.п.); в сокращении времени оформления кредита (вплоть до 15—30 минут в некоторых банках); в упрощении процедуры оформления кредита (например, кредит можно оформить непосредственно в торговых организациях; в ряде случаев необходимы только документы, удостоверяющие личность); в предоставлении последующих кредитов на льготных условиях (формирование так называемой кредитной истории).

Основываясь на личных беседах с сотрудниками коммерческих банков, а также с учетом изучения практики деятельности правоохранительных органов, можно судить о том, что получили распространение случаи, когда гражданин представляет банку заведомо ложные сведения о своем финансовом состоянии. Причем в подобной ситуации можно прогнозировать резкий рост числа таких обманных действий со стороны заемщиков — граждан, а также случаев невозвратов кредитов.

В то же время нельзя не отметить, что этому, в частности, способствует и сама установленная банками процедура оформления кредита: когда сведения, предоставленные гражданином о своем финансовом состоянии, объективно не могут быть проверены за короткое время, либо банк вообще не требует от гражданина предоставления достоверных данных о его доходах с места работы, из органов социального обеспечения, занятости, налоговой инспекции и т.д.

Сложившаяся практика кредитования населения, безусловно, удобна обеим сторонам договора, поскольку позволяет кредитору привлечь максимальное число заемщиков. Заемщик же получает возможность, не прибегая к длительному накоплению денег, быстро, без особых затруднений решить свои бытовые проблемы. Однако очевидна и порочность подобного обстоятельства дел.

Одновременно с расширением субъектного состава рассматриваемого преступления полагаем целесообразным дифференцировать понятие крупного ущерба применительно к гражданину, его причинившему, а также индивидуальному предпринимателю и руководителю организации. В соответствии с действующей редакцией ст. 176 УК РФ основанием для привлечения лица к уголовной ответственности является незаконное получение кредита, причинившее крупный ущерб (т.е. в сумме, превышающей 250 тыс. руб.). На наш взгляд, следовало бы в качестве условия привлечения к уголовной ответственности гражданина установить причинение меньшего ущерба кредитной организации, сделав его кратным официально установленному минимальному размеру оплаты труда (например, в сумме, превышающей 100 МРОТ). В противном случае привлечь к уголовной ответственности за незаконное получение кредита гражданина будет весьма сложно.

Таким образом, анализ сложившейся практики в сфере кредитования и уголовного законодательства позволяет сделать вывод о том, что наряду со специальным субъектом преступления, предусмотренным в ч. 1 ст. 176 УК РФ, должен быть и общий субъект. При этом рассматриваемую статью предпочтительно дополнить примечанием, где указать, что крупным ущербом, причиненным кредитору гражданином, следует считать сумму, превышающую 100 МРОТ.

Другая, не менее значимая и актуальная проблема, возникающая при квалификации преступных деяний, совершаемых в сфере банковской деятельности, касается применения ст. 177 «Злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности» УК РФ. Так, обязательным условием привлечения к уголовной ответственности за данное преступление является наличие крупного размера кредиторской задолженности — суммы, превышающей 250 тыс. руб. При этом кредиторы, долги перед которыми составляют меньшие суммы, чем указанные в примечании к ст. 177 УК РФ, в соответствии с данной статьей не могут получить уголовно-правовую защиту своих нарушенных интересов.

Решений указанной проблемы существует несколько. Так, одни правоведы полагают, что целесообразно было бы привлекать к уголовной ответственности по ст. 177 УК РФ за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности, исключив при этом понятие крупного размера, так же как и оценку размера кредиторской задолженности вообще[2].

Иные исследователи предлагают заменить понятие «крупный ущерб» категорией «причинение существенного ущерба», которую считать оценочной категорией (по аналогии с рядом других статей УК РФ)[3].

В обоснование своих позиций ученые приводят различные доводы и аргументы, с которыми, так же как и с предлагаемыми ими изменениями и дополнениями в УК РФ, мы не можем согласиться. Решение данной проблемы видится нам в конструировании состава преступления, предусмотренного ст. 177 УК РФ, из двух частей с целью дифференцированного подхода к определению размера кредиторской задолженности. Так, ч. 1 ст. 177 УК РФ следует изложить без указания на размер кредиторской задолженности. В ч. 2 ст. 177 УК РФ в качестве квалифицирующего признака следует обозначить крупный размер кредиторской задолженности и, соответственно, ужесточить санкцию за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере.

Кроме того, представляется необходимым включить в состав субъектов данного преступления, наряду с гражданином и руководителем организации, также индивидуального предпринимателя (по аналогии со ст. 176 УК РФ). Думается, что субъектный состав преступлений, предусмотренных статьями 176 и 177, должен быть одинаков, т.е. субъектами данных преступлений следует считать:

а) гражданина (физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста);

б) индивидуального предпринимателя (лицо, признанное таковым в соответствии с установленным гражданско-правовым порядком);

в) руководителя коммерческой или некоммерческой организации.

Кроме того, в ст. 177 УК РФ целесообразно включить примечание, в котором (как и в примечании к ст. 176) предусмотреть дифференцированный подход к определению крупного размера кредиторской задолженности в зависимости от субъекта данного преступления. Для гражданина предлагаем установить крупный размер кредиторской задолженности в сумме, превышающей 100 МРОТ; для индивидуального предпринимателя, а также руководителя организации — в сумме, превышающей 250 тыс. руб. (как это и установлено Федеральным законом от 08.12.2003 № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» (в ред. от 11.03.2004; далее — Закон об изменениях в УК РФ)).

Еще один аспект рассматриваемой проблемы — критерии разграничения составов преступлений, предусмотренных статьями 176, 177 и 159 УК РФ. При этом традиционно для мошенничества характерно наличие умысла виновного (заемщика) на хищение денежных средств (кредита) в момент представления в банк заведомо ложных сведений о своем финансовом состоянии или хозяйственном положении.

Другим критерием разграничения названных составов служит объект преступления: мошенничество посягает на чужую собственность (в данном случае — принадлежащие банку денежные средства), а незаконное получение кредита и злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (будучи преступлениями в сфере экономической деятельности) — как на собственность, так и на нормальную экономическую деятельность хозяйствующих субъектов.

В рамках группы преступлений, посягающих на инфраструктуру банка, следует уделить внимание должностным преступлениям. И прежде всего — указать на установление в ст. 204 УК РФ необоснованно мягкого наказания за такое общественно опасное деяние, как коммерческий подкуп. Это преступление по своим объективным признакам схоже со взяточничеством, которое отнесено законодателем к категории особо тяжких преступлений (санкция ч. 4 ст. 290 «Получение взятки» УК РФ устанавливает лишь один вид наказания — лишение свободы на срок от семи до двенадцати лет с определенным штрафом либо без такового). При этом особо обращает на себя внимание санкция ч. 4 ст. 204 УК РФ: наказываются штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до пяти лет (выделено нами. — С.Я.). И это при том, что коммерческий подкуп, совершаемый в негосударственных организациях, учреждениях и на предприятиях (деятельность которых в условиях рыночной экономики чрезвычайно важна для государства) не менее социально опасен, чем дача и получение взятки государственными чиновниками. Однако наказания за эти коррупционные преступные деяния (во многом сходные) несопоставимы!

В контексте сказанного полагаем необходимым внести некоторые изменения и дополнения в ст. 204 УК РФ, направленные на усиление уголовного наказания за коммерческий подкуп, связанный с незаконным получением лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, материального вознаграждения, а также незаконным пользованием услугами имущественного характера за совершение действий (бездействия) в интересах дающего в связи с занимаемым этим лицом служебным положением. Следует усилить установленные в частях 3 и 4 ст. 204 санкции, изложив их следующим образом.

В ч. 3: «...наказываются штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до семи лет».

В ч. 4: «...наказываются лишением свободы на срок от трех до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет».

Подобный подход обусловлен, как уже было отмечено, степенью общественной опасности коммерческого подкупа. В настоящее время лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью установлено только в качестве альтернативного, но не дополнительного требования к лишению свободы наказания, как это предусмотрено в санкции ст. 290 УК РФ. Считаем целесообразным предусмотреть данный вид наказания как обязательный дополнительный. Кроме того, установленный ныне в ч. 4 ст. 204 срок лишения свободы до пяти лет не соответствует общественной опасности данного преступления. К сожалению, указанные обстоятельства не нашли должного отражения в Законе об изменениях в УК РФ.

Наряду с этим необходимо не только вернуть в части 2 и 4 ст. 204 УК РФ такой квалифицирующий признак коммерческого подкупа, как неоднократность, исключенный названным выше федеральным законом, но и расширить определение его понятия.

УК РФ в качестве неоднократного коммерческого подкупа квалифицировал одновременную передачу незаконных вознаграждений нескольким лицам, выполняющим управленческие функции, за совершение каждым из них самостоятельного действия (бездействия) в интересах дающего, а также получение вознаграждения от нескольких лиц одновременно за совершение в отношении каждого из них отдельного действия (бездействия). Мы предлагаем под неоднократным коммерческим подкупом понимать совершение не только перечисленных выше действий (бездействия), но и деяний, предусмотренных статьями 290 «Получение взятки», 291 «Дача взятки», 304 «Провокация взятки либо коммерческого подкупа» УК РФ.

Не можем мы согласиться и с отменой конфискации имущества (дополнительного наказания). Конфискация имущества является одним из древнейших видов наказания и первоначально состояла в изъятии у виновного в наказание за совершенное преступление его имущества в пользу потерпевшего. Впоследствии и государство стало прибегать к такой же мере, направляя отобранное в казну. На протяжении истории своего существования данный вид наказания вызывал дискуссии со стороны теоретиков и практиков[4]. Приводились доводы о том, что конфискация имущества так или иначе затрагивает и членов семьи осужденного; за счет конфискации государство преследует цель собственного обогащения и т.д. Вместе с тем законодатель всегда устанавливал конфискацию имущества только за совершение тяжких или особо тяжких преступлений, чаще всего в случаях, когда виновный незаконно обогащался за счет своей преступной деятельности. Также следует отметить определенное воспитательное воздействие как на лицо, совершившее преступление, так и на лиц, которые замышляют или подготавливают преступное деяние. Полагаем, что это был верный подход законодателя к такому виду наказания, как конфискация имущества. Он позволял судьям назначать наказание с учетом всех обстоятельств конкретного преступления, личности виновного, его роли в содеянном. Думается, что возврат в действующее уголовное законодательство конфискации имущества в качестве дополнительного наказания, прежде всего за экономические преступления, в частности за преступления в банковской сфере, а также за ряд других общественно опасных деяний необходим.

Несовершенство уголовно-правовых норм, касающихся преступлений в банковской сфере, усиливается и проблемами организационного плана. Государственные органы, призванные противодействовать данному виду преступности, на сегодняшний день оказались неспособными эффективно выполнять возложенные на них задачи. Плохая скоординированность действий правоохранительных и контролирующих органов, межведомственная разобщенность, проявление узковедомственных интересов приводят к серьезным сбоям в их работе, а зачастую к срывам оперативных мероприятий, уничтожению доказательственной базы и в итоге к некачественному расследованию уголовных дел. В результате из-под контроля государства продолжают уходить все новые и новые объекты банковской системы.

В заключение представляется важным еще раз подчеркнуть, что при постановке и решении обозначенной проблемы следует исходить из того, что в связи с динамикой экономических и социальных процессов, происходящих в стране, необходимостью обеспечения стабильного развития общества в долгосрочной перспективе все большее значение в сфере коммерческой банковской деятельности приобретает комплексный подход, при котором разработка мер борьбы с конкретными негативными явлениями основывается на общем видении всей проблемы в целом с учетом взаимосвязи ее частных составляющих.

 

Библиография

1 См., напр.: Финогенова О.В. Уголовная ответственность за незаконное получение кредита и злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности: Дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2003; Талан М.В. Преступления в сфере экономической деятельности: вопросы теории, законодательного регулирования и судебной практики: Дис. ... д-ра юрид. наук. — Казань, 2002.

21 См., напр.: Кутьин Н.Г. Уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с преступностью в кредитно-банковской сфере: Дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2001; Мамедов А.А. Квалификация преступлений в сфере кредитных и валютных операций: Дис. ... канд. юрид. наук. — М., 2001.

3 См., напр.: Нечаева И.А. Построение санкций за преступления в сфере экономической деятельности: Дис. ... канд. юрид. наук. — Краснодар, 2002; Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие, система, проблемы квалификации и наказания: Дис. ... канд. юрид. наук. — Саратов, 1998.   

4 См.: Капинус Н.И., Капинус О.С. Конфискация имущества в уголовном праве современных стран // Закон. 2004. № 6.