УДК 347.91/.95

Страницы в журнале: 87-93 

 

М.А. ФОКИНА,

доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского, арбитражного, административного процессуального права Российской академии правосудия fok_mar@mail.ru

 

Отстаивается идея обеспечения паритета публично-правового и частноправового начал в гражданском и арбитражном процессах. Исследуются изменения в системе гражданских процессуальных и арбитражных процессуальных правоотношений, связанные с законодательным закреплением непосредственного взаимодействия ординарных субъектов гражданского и арбитражного процессов. Особое внимание уделяется вопросам процессуального сотрудничества.

Ключевые слова: гражданские процессуальные правоотношения, цель гражданского судопроизводства, процессуальное взаимодействие, процессуальное сотрудничество, принцип диспозитивности, соглашение об изменении подведомственности, соглашение о подсудности, пророгационное соглашение, соглашение о форме письменных доказательств, соглашение о фактических обстоятельствах дела.

 

Current Tends of Development of System of Civil Procedural and Arbitration Procedural Legal Relationship

 

Fokina M.

 

The idea of ensuring parity public is defended and private-law began in civil and arbitration processes. Changes in system of the civil procedural and arbitration procedural legal relationship, connected with legislative fixing of direct interaction of ordinary subjects of civil and arbitration processes are investigated. The special attention is paid to questions of procedural cooperation.

 Keywords: civil procedural legal relationship, purpose of civil legal proceedings, procedural interaction, procedural cooperation, principle of a dispozitivnost, agreement on jurisdiction change, agreement on jurisdiction, prorogatsionny agreement, agreement on a form of written proofs, agreement on the actual facts of the case.

 

Гражданское процессуальное право традиционно относилось к публичному праву. Однако в последнее десятилетие положение стало меняться. Доктрина гражданского процессуального права отказалась от моделирования гражданских процессуальных отношений исключительно по типу «власть — подчинение». Поскольку обладатель субъективного материального права волен распоряжаться им по своему усмотрению, эта степень свободы должна сохраняться за ним и в судебном процессе. Чрезмерная императивность снижает ценность судебной власти. В диспозитивном правосудии императивность незаменима, она выступает против процессуальных уловок, недобросовестности, неуважения к суду, участникам процесса[1]. В зависимости от преобладания в регулировании отношений того или иного средства (предписания, запрета, дозволения) выделяют обособившиеся методы правового регулирования. Преобладание в регулировании отношений какого-либо одного правового средства не исключает использования законодателем других универсальных средств. Для достижения целей эффективного правосудия по гражданским делам недостаточно какого-то одного оптимального средства, важно учредить систему средств и способов, обеспечивающих правосудию высокую результативность[2].

Главным социальным назначением правосудия по гражданским делам является обеспечение надлежащего осуществления субъективных прав и законных интересов. Спор о праве порождает необходимость обращения за судебной защитой, которая служит государственной гарантией надлежащего осуществления субъективного права. Осуществление судом судебной защиты — это публично-правовая обязанность суда, вытекающая из его природы и назначения. Суд является органом публичным, носителем одного из видов государственной власти — судебной. Поэтому за судебной защитой обращаются не только граждане, но и государство в лице уполномоченных органов, представляющих исполнительную власть. Судебная защита — одно из условий существования и действия принципа разделения властей. Арбитражный процессуальный кодекс РФ и Гражданский процессуальный кодекс РФ конкретизируют и дополняют положения ст. 46 Конституции РФ о судебной защите.

Принцип осуществления правосудия судом гармонизирует частное и публичное начала в гражданском судопроизводстве. Состязательность не предполагает исключение определенной активности суда в установлении действительных обстоятельств дела, а судебная защита прав и интересов личности не зависит только от активности данной личности, выступающей в качестве стороны. Орган, наделенный полномочиями по вынесению властного акта, должен обладать необходимым объемом власти не только для его постановления, но и для создания условий для выяснения обстоятельств, положенных в основу этого акта[3]. И.М. Зайцев справедливо отмечал, что гражданское процессуальное право с одинаковым успехом можно отнести как к публичному, так и к частному началу. Поскольку данная отрасль регулирует порядок осуществления судебной власти и восстановление законности, гражданский процесс имеет публично-правовую природу. Если за основу отсчета принимать спор о праве, разрешаемый в исковом порядке, диспозитивность и состязательность как основополагающие начала гражданского судопроизводства, то частноправовая суть гражданского процессуального права не вызывает сомнений[4].

Реализация процессуальных прав и обязанностей, взаимодействие участников правоотношений составляют содержание гражданского и арбитражного процессов. Поэтому представляется необходимым найти оптимальное сочетание публично-правового и частноправового в регулировании процессуальной деятельности субъектов судопроизводства. Данная проблема должна рассматриваться в контексте тенденций развития современного цивилистического процесса. На наш взгляд, его будущее состоит в постепенном установлении паритета частноправового и публично-правового начал в судопроизводстве. По справедливому мнению

В.В. Яркова, последовательное развитие частноправового начала в методе процессуального регулирования означает усиление активности сторон и возможности влияния их распорядительных действий на динамику судопроизводства. В развитии судопроизводства большую роль должны играть акты саморегуляции поведения сторон, в том числе влияющие на подготовку дела к судебному разбирательству, формирование доказательственного материала, окончание дела без вынесения судебного решения, порядок оплаты судебных расходов и иные процессуальные вопросы[5].

В контексте сочетания частного и публичного начал гражданского судопроизводства представляет интерес проблема процессуального сотрудничества. В науке гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права она стала активно обсуждаться с середины 1990-х годов в связи с возрождением в судопроизводстве принципа состязательности. Об актуальности проблемы свидетельствует и выступление профессора В.Харашаги на Всемирной конференции Международной ассоциации процессуального права «Гражданский процесс в межкультурном диалоге: евразийский контекст»[6].

Традиционно процессуальное сотрудничество рассматривается в контексте взаимодействия суда и лиц, участвующих в деле. При этом справедливо обращается внимание на сотрудничество суда и лиц, участвующих в деле, при извещении о движении процесса, сотрудничество в сфере доказывания, при заключении мирового соглашения[7]. Такой поход теоретически оправдан. Взаимодействие суда, сторон и других лиц, участвующих в деле, можно рассматривать как сотрудничество. Слово «сотрудничать» в русском языке означает «работать вместе, принимать участие в общем деле»[8]. Юридическое основание сотрудничества заключено в гражданских процессуальных правоотношениях, наделении участников процессуальными правами и обязанностями, а также в единстве задач и целей судопроизводства[9].

Процессуальное сотрудничество суда и участников гражданского судопроизводства тесно связано с проблемой системы гражданских процессуальных и арбитражных процессуальных правоотношений. Наиболее распространено в теории гражданского процессуального права мнение о том, что при рассмотрении конкретного дела возникает система правоотношений между судом и субъектами процесса. Суд занимает в процессе ведущее положение, является главным, основным субъектом правоотношения, все же остальные его субъекты находятся в подчиненном суду положении[10]. А.Т. Боннер отмечает, что в возникновении и развитии процесса значительную роль играет волеизъявление заинтересованных лиц. В гражданском процессуальном правоотношении диалектически сочетаются диспозитивное и императивное начала. Участие суда в качестве обязательного субъекта гражданских процессуальных правоотношений накладывает отпечаток авторитарности на их характер. В связи с тем, что гражданское процессуальное и арбитражное процессуальное право обслуживают определенный комплекс материальных правоотношений, им свойственно диспозитивное начало. Суд осуществляет руководство процессом, но сам процесс имеет место в силу того, что у сторон появилась в нем потребность. «Не только суд детерминирует поведение участников процесса, но и последние, прежде всего стороны, во многом направляют деятельность суда»[11].

В качестве примера процессуального сотрудничества рассмотрим совместную деятельность суда и лиц, участвующих в деле, по установлению обстоятельств, имеющих значение для дела. Быстрое и правильное разрешение дела зависит от того, насколько точно будут установлены пределы судебного исследования и познания круга обстоятельств дела. Для этого недостаточно одного волеизъявления сторон, так как они могут указать не все факты, имеющие правовое значение, либо могут указать обстоятельства, не относящиеся к делу. В связи с этим суду предоставлено право на определение обстоятельств, имеющих значение для дела (ст. 56 ГПК РФ, ч. 2 ст. 65 АПК РФ).

В условиях состязательного процесса суд не собирает доказательства. Только в виде исключения, когда представление дополнительных доказательств для сторон и других лиц, участвующих в деле, затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании доказательств (ч. 1 ст. 57 ГПК РФ, ч. 4 ст. 66 АПК РФ). В этом случае формирование круга доказательств по делу осуществляется совместно судом и юридически заинтересованными лицами. Принципиально то, что суд не указывает, какие конкретно доказательства требуется представить сторонам, и оказывает помощь в их собирании только по просьбе лиц, участвующих в деле. Задача суда состоит в том, чтобы, не ограничивая волеизъявление лиц, участвующих в деле, по представлению доказательств, создать им благоприятные условия в определении круга фактических обстоятельств дела. Содействуя сторонам, суд должен разъяснить указанным лицам их права и обязанности, предупредить о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий (ст. 12 ГПК РФ).

Гражданское процессуальное и арбитражное процессуальное законодательство конкретизирует процессуальное сотрудничество суда и лиц, участвующих в деле, регламентируя порядок представления отдельных видов доказательств. Так, при наличии причин, препятствующих самостоятельному представлению письменных или вещественных доказательств, лицо, участвующее в деле, вправе обратиться с ходатайством к суду об истребовании доказательства. По ходатайству лица, участвующего в деле, суд вправе выдать запрос на право получения доказательства (ч. 2 ст. 57 ГПК РФ). Арбитражный суд выносит определение, которое направляет лицам, участвующим в деле, а также лицу, у которого находится истребуемое судом доказательство (ч. 6 ст. 66 АПК РФ)

Исследование доказательств по делу осуществляется в ходе совместных процессуальных действий суда и лиц, участвующих в деле. ГПК РФ определяет последовательность выступлений лиц, участвующих в деле (ст. 174). Они вправе задавать друг другу вопросы. Свидетель может быть допрошен как судом, так и лицами, участвующими в деле. Совместный допрос ими свидетеля является одним из эффективных средств обеспечения достоверности свидетельских показаний. При исследовании вещественных доказательств лица, участвующие в деле, имеют право обращать внимание на те или иные обстоятельства, связанные с осмотром (ст. 183 ГПК РФ). Если по делу проводилась экспертиза, то заключение эксперта оглашается на судебном заседании. Для разъяснения и дополнения заключения эксперта суд и лица, участвующие в деле, могут задавать эксперту вопросы (ст. 187 ГПК РФ).

 

 

СТАТЬЯ БОЛЬШАЯ, ЧИТАТЬ ЦЕЛИКОМ