УДК 347.251.037 347.02 

Страницы в журнале: 71-75

 

Д.В. ЛОРЕНЦ,

кандидат юридических наук, преподаватель кафедры гражданского права и процесса юридического факультета Южно-Уральского государственного университета

 

В ноябре 2010 года был опубликован проект изменений в Гражданский кодекс РФ, который предусматривает существенное изменение субъектного состава по виндикационному иску. Анализируются основные новеллы.

Ключевые слова: истец, виндикация, титульный владелец, приобретательная давность.

 

Legal Subjects on Vindication in the Light of Reform of the Civil Legislation

 

Lorents D.

 

In November, 2010 the project of changes of the Civil Code of the Russian Federation which provides essential change of subject structure on vindicational action is published. In the article a basic new aspects are analyzed.

Keywords: plaintiff, vindication, the title owner, acquisitive of prescription.

 

В  соответствии с действующим законодательством и судебной практикой[1] надлежащим обладателем права на истребование имущества из чужого незаконного владения (статьи 301 и 305 ГК РФ) является утративший владение носитель титула на имущество, т. е. законный владелец.

К юридическим основаниям виндикации цивилисты относят:

1) право владения, которое легитимирует и собственника, и арендатора, и хранителя, и прочих (Ю.К. Толстой, М.В. Самойлова, В.А. Тархов, В.А. Рыбаков)[2];

2) у собственника — право собственности, у всех иных титульных владельцев — право владения (А.Н. Арзамасцев)[3];

3) право, в силу которого истец обладает правомочием владения, — право собственности, право нанимателя, право хранителя и т. д., а не само правомочие владения (А.В. Венедиктов, Д.М. Генкин, А.П. Сергеев)[4].

Более практичной представляется последняя позиция, поскольку, несмотря на то что право владения присуще любому законному владельцу, установлено оно может быть только исходя из конкретного титула. Еще на страницах советской цивилистической литературы разгорелись диспуты относительно природы иска титульного владельца-несобственника: предлагалось «виндикационный иск» заменить «иском об истребовании имущества из чужого

незаконного владения», который применим к любому титульному владельцу (А.В. Венедиктов)[5]. Требования по ст. 305 ГК РФ именовались «специальными исками вещно-правового типа» (Б.Б. Черепахин[6]); говорилось, что иски по ст. 305 ГК РФ нельзя именовать виндикационными, потому что они могут быть предъявлены и к собственнику (Е.Ю. Бычкова[7]), они лишь построены по модели виндикационного притязания (М.Б. Братусь[8]); предлагалось нормативно закрепить за титульным владельцем «владельческий иск», а за собственником — виндикационный иск (И.В. Блохина[9]); кроме того, некоторые исследователи считают, что ст. 305 ГК РФ распространяется только на таких титульных владельцев, которые владеют имуществом для удовлетворения собственных интересов (арендатор, ссудополучатель, залогодержатель), а владельцы-держатели (хранитель, поверенный, комиссионер) могут защищаться только путем предъявления требования по ст. 12 ГК РФ о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права (А.М. Эрделевский)[10].

На наш взгляд, причина проблемы кроется в том, что виндикационный иск как иск собственника применялся только в римском частном праве, где иные обладатели вещи считались держателями и не могли защищаться самостоятельно[11]. В современной правовой действительности любой законный обладатель имущества управомочен на защиту, поэтому активная легитимация на виндикацию должна охватывать любого титульного владельца. Кроме того, следует признать верными рассуждения Р. Иеринга, представителя объективной теории владения, который полагал, что всякое сознательное фактическое обладание вещью, независимо от той или иной воли обладателя, должно считаться владением[12]. Имя лица, в интересах которого осуществляется господство над вещью, не может влиять на квалификацию обладания в качестве «владения» (юридического господства)[13].

Таким образом, ст. 305 ГК РФ должна распространяться на всех титульных владельцев, т. е. на любых правомерных сознательных обладателей имущества, в том числе на хранителей, перевозчиков и т. д. В связи с этим мы полностью соглашаемся с позицией Ю.К. Толстого, который отказывается от традиционного представления о виндикационном иске как об иске собственника и считает, что виндикация — это иск обладателя права на владение имуществом к незаконному владельцу о возврате вещи в натуре[14]. Тех же взглядов придерживаются Д.Ф. Еремеев, Е.А. Суханов, М.А. Осташевский, Р.Ш. Менглиев, считающие, что иски иных титульных владельцев не перестают быть виндикационными, поскольку субъектный состав не влияет на природу иска[15]. Чтобы собственник не оказывался ответчиком по виндикации и не имел возможности ссылаться на свой титул, правило о защите против собственника необходимо изъять из ст. 305 ГК РФ. Взамен в законодательстве следует возродить владельческую защиту (поссессорный иск), направленную на незамедлительное восстановление владения потерпевшего вне зависимости от того, обладает истец «лучшим» правом на вещь или нет по отношению к ответчику[16].

В ноябре 2010 года на сайте Высшего арбитражного суда РФ был опубликован проект изменений в ГК РФ, подготовленный на основании и во исполнение Указа Президента РФ от 18.07.2008 № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии с разработанной на основании того же Указа Концепцией развития гражданского законодательства Российской Федерации[17]. В свете правовой реформы наблюдаются некоторые нововведения в определении статуса виндиканта (лица, уполномоченного на предъявление виндикационного иска). В статье 228 проекта изменений в раздел II ГК РФ предлагается наделить правом на виндикацию лишь собственника и обладателей ограниченного вещного права. Концепция (п. 2.3 раздела законодательства о вещных правах) и законопроект (ст. 224) закрепляют исчерпывающий перечень вещных прав:

— право постоянного владения и пользования земельным участком (глава 20);

— право застройки земельного участка (суперфиций) (глава 20.1);

— сервитут (глава 20.2);

— право личного пользовладения (узуфрукт) (глава 20.3);

— ипотека (глава 20.4);

— право приобретения чужой недвижимой вещи (глава 20.5);

— право вещной выдачи (глава 20.6);

— право оперативного управления имуществом, относящимся к государственной или муниципальной собственности (глава 20.7).

Притязанием на виндикацию могут воспользоваться обладатели ограниченных вещных прав, в содержание которых включается правомочие владения. Исходя из анализа указанного перечня, к таким вещным правам относятся право постоянного владения и пользования земельным участком, право застройки земельного участка, узуфрукт, право оперативного управления имуществом, относящимся к государственной или муниципальной собственности.

Относительно такого вещного права, как ипотека, в ст. 303.14 проекта установлено правило, согласно которому невладеющему залогодержателю разрешается виндицировать предмет ипотеки во владение залогодателя, что является новеллой в природе иска, поскольку виндикация всегда предполагала восстановление нарушенного владения истца, а не другого лица, пусть даже и потерпевшего.

В Концепции обоснован принцип ограничения применения правил о вещных правах к иным гражданским (в том числе обязательственным) правам. Следовательно, другие законные владельцы (арендаторы, наниматели, хранители и прочие титульные обладатели индивидуально-определенной вещи) не смогут использовать виндикацию для защиты своих гражданских прав, если иное не будет предусмотрено ГК РФ (п. 3 ст. 227 проекта).

Но при этом появляется сомнительная новелла, согласно которой незаконный владелец вправе предъявить виндикацию в отношении лиц, которые не могут сослаться в обоснование законности своего владения на вещное право или договор (п. 6 ст. 227 проекта). В общем-то это противоречит существу виндикации, поскольку всякий виндикант обязан доказывать свой титул, который у незаконного владельца, естественно, будет отсутствовать.

Дискуссионным остается вопрос о законности и титульности фактического обладания имуществом со стороны владельцев, которые с непосредственной подачи законодателя осуществляют господство над вещью помимо воли собственника (статьи 225—234 действующего ГК РФ). Особая полемика развернулась вокруг статуса ретентора (ст. 359 ГК РФ) и давностного владельца (ст. 234 ГК РФ).

А.А. Рубанов полагает, что удержание — это санкционированное владение, которое является незаконным[18]. По мнению некоторых авторов, владение по давности также незаконно, в его основе нет права, оно защищается как факт[19].

Б.М. Гонгало, В.В. Витрянский и С.В. Сарбаш считают, что нельзя говорить о незаконности владения лица, коль скоро такое владение вещью разрешено законом, и что ретентор является титульным владельцем (ст. 305 ГК РФ)[20]. Последние доводы вполне можно распространить и на узукапию. Так, А.В. Коновалов отмечает, что «беститульное владение по общему правилу незаконно, однако давностное владение, по своей природе беститульное, защищается законом и потому, скорее всего, является суррогатом законного владения»[21]. Те же мысли можно встретить у Т.Ю. Астаповой, называющей давностное владение законным, но беститульным[22], а также у Л.В. Щенниковой, предлагающей узаконить давностное владение в качестве самостоятельного вещного права, особенностью которого являлась бы беститульность[23], что дает повод для размышления о соотношении законности и титульности владения, т. е. необходимо определиться, может ли законное владение быть беститульным. В.М. Хвостов, И.Б. Новицкий, В.Ф. Маслов и Т.Н. Сафронова под титулом понимают способ приобретения[24]. Если считать, что титул владения определяется только способом приобретения, то, безусловно, узукапиент должен признаваться беститульным, поскольку узукапия всегда имеет место там, где существует изъян в способе приобретения. Думается, основание (титул) владения представляет собой более многогранное явление и включает в себя фактический титул (способ завладения), юридический титул (право владения) и волевой титул (намерение обладать). Бесспорно, что узукапия основана на порочном факте завладения и с точки зрения правопорядка, обеспечивающего устойчивость правового положения действующего собственника, давностное владение должно быть признано незаконным. С другой стороны, несмотря на наличие факта нарушения, законодатель допускает само давностное владение как позитивное явление в целях обеспечения стабильности гражданского оборота. Однако одно и то же правовое явление не может быть признано одновременно и законным, и незаконным. Таким образом, узукапия по юридической природе (исходя из оснований возникновения), по существу внешне является беститульной, а по сути, по характеру обоснована объективным правом, а значит, имеет юридический титул, так как закон, дозволяя узукапию, тем самым наделяет владельца правом давностного владения.

В результате можно признать, что беститульным является завладение имуществом, а само давностное владение (исходя из назначения, сущности, характера) является титульным. Д.А. Малиновский, М.Б. Калмырзаев, А.Д. Рудоквас прямо относят узукапиента к числу обладателей вещного права[25]. К тому же выводу приходит Т.Н. Сафронова, именуя давностного владельца носителем особого субъективного права, вписывающегося в модель вспомогательного вещного права. Но при этом она считает, что вещный иск давностного владельца по своей правовой природе занимает промежуточное положение между поссессорной и петиторной защитой. От поссессорного иска его отличает возможность выдвижения возражений со стороны «лучше» управомоченного лица. От виндикационного иска требования давностного владельца отграничиваются положением активно управомоченного лица и предметом доказывания[26]. Позволим себе не согласиться с подобными рассуждениями. Если нарушитель будет обладать лучшим правом, то здесь виндикация, естественно, не поможет узукапиенту вернуть вещь. Между прочим, аргументы некоторых цивилистов, в частности Р.С. Бевзенко и В.В. Лапиной, в пользу того, что давностное владение беститульно, сводятся как раз к тому, что если признать за узукапиентом титул, то это повлечет предоставление ему иска по ст. 305 ГК РФ и он получит защиту в том числе и против собственника вещи, а это противоречит сущности узукапии[27]. Но подобный аргумент был ранее опровергнут путем признания необходимости изъятия из ст. 305 ГК РФ правила о защите против собственника и в связи с этим закрепления формулы поссессорного иска в самостоятельной норме. Что касается тезиса о том, что иск узукапиента — это не совсем виндикационное требование, здесь Т.Н. Сафронова утверждает, что узукапиент отличается своим особым положением, а его иск имеет специфический предмет доказывания. В принципе, если учесть беститульную природу узукапии, то вполне можно поддержать научный взгляд В.В. Шаговой на узукапиента как на квазититульного владельца[28], однако, на наш взгляд, это лишь дает основание признать, что специфика правового положения давностного владельца сводится к тому, что он имеет возможность как выступать в роли обладателя виндикационного притязания, так и занимать положение ответчика по виндикации в случае предъявления к нему иска со стороны обладателя так называемого «лучшего права на вещь», под каковым мы будем понимать любой титул, владение по которому возникло ранее, чем узукапия, и который сохранил силу на момент предъявления виндикационного требования. Что касается предмета доказывания, то на узукапиента возлагаются те же самые обязанности, что и на любого виндиканта, просто необходимо прояснить вопрос о способах доказывания такого специфического квазититула, как право давностного владения. Здесь достаточно будет подтвердить наличие ключевых условий приобретательной давности, т. е. открытость владения имуществом как своим собственным, а также указать на основания завладения вещью, чтобы проверить, не было ли преступной оккупации. Не требуется доказывать непрерывность владения и срок приобретательной давности, поскольку если они будут доказаны, то тем самым суд признает за лицом не титул узукапии, а право собственности. На доказывание подобных реквизитов указывает и Т.Н. Сафронова[29], только вот возникает вопрос: разве специфика подтверждения титула может опорочить виндикационную природу притязания? Думается, что для этого нет оснований, а значит, требование узукапиента является виндикационным.

По прямому разъяснению Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ, давностный владелец имеет право на защиту своего владения применительно к правилам статей 301 и 304 ГК РФ, т. е. обладает правом на виндикацию и негаторный иск, которые являются петиторными способами защиты[30]. Высшие судебные инстанции исходили из того, что всякий законный владелец вправе применить виндикационный иск. Подобное толкование вполне соответствует нормам ст. 305 действующего ГК РФ.

Однако заметим, что в абзаце втором п. 3 ст. 242 проекта изменений в раздел II ГК РФ предусматривается, что «до приобретения права собственности на вещь в силу приобретательной давности лицо, владеющее вещью как своей собственной, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания». Исходя из текста законопроекта (ст. 224), право узукапии не входит в перечень вещных прав, значит, весьма сомнительно, что давностный владелец будет иметь право использовать виндикационный иск. С другой стороны, п. 3 ст. 227 проекта допускает использование вещно-правовых способов защиты для защиты иных (не вещных) гражданских прав, если это будет предусмотрено гражданским кодексом. Возможно, абзац второй п. 3 ст. 242 проекта является тем самым основанием наделения узукапиента правом на виндикацию, поскольку если бы в новых правилах о приобретательной давности речь шла о владельческом (поссессорном) иске, то разработчики Концепции не стали бы указывать, что он неприменим против собственника имущества, а также лиц, имеющих право на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания. Если учесть, что всякое внедоговорное притязание об истребовании индивидуальнопределенной вещи из неправомерного владения представляет собой виндикацию, можно предположить, что давностный владелец по законопроекту уполномочен на виндикацию. Кроме того, разъяснения высших судебных инстанций, скорее всего, сохранят силу после внесения изменений в ГК РФ.

Итак, в результате правовой реформы гражданского законодательства в ближайшем будущем право на виндикацию будут иметь лишь собственник или обладатель ограниченного вещного права, включающего в свое содержание правомочие владения. Иные титульные владельцы смогут применять виндикационный иск, если это будет прямо предусмотрено в ГК РФ.

 

Библиография

1 См. п. 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.04.1997 № 13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Вестн. ВАС РФ. 1997. № 7; п. 36 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Там же. 2010. № 6. С. 80—104.

2 См.: Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. — Л., 1955. С. 100—101; Самойлова М.В. Понятие, осуществление и защита права личной собственности. — Калинин, 1978. С. 61; Тархов В.А., Рыбаков В.А. Собственность и право собственности. — Уфа, 2001. С. 193.

3 См.: Арзамасцев А.Н. Охрана социалистической собственности по советскому гражданскому праву. — Л., 1956. С. 38.

4 См.: Венедиктов А.В. Гражданско-правовая охрана социалистической собственности в СССР. — М.; Л., 1954. С. 110; Генкин Д.М. Право собственности в СССР. — М., 1961. С. 89; Сергеев А.П. Вопросы истребования имущества из чужого незаконного владения // Проблемы гражданского права / Под ред. Ю.К. Толстого. — Л., 1987. С. 105.

5 См.: Венедиктов А.В. Указ. раб. С. 107, 109.

6 См.: Черепахин Б.Б. Виндикационные иски в советском праве // Тр. по гражданскому праву. — М., 2001. С. 176.

7 См.: Бычкова Е.Ю. Истребование имущества из чужого незаконного владения в гражданском законодательстве Российской Федерации: Дис. … канд. юрид. наук. — Ростов н/Д, 2005. С. 39—40.

8 См.: Братусь М.Б. Вещно-правовые способы защиты права собственности и владения: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2005. С. 6.

9 См.: Блохина И.В. Истребование имущества из чужого незаконного владения (виндикация): Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2006. С. 7.

10 См.: Эрделевский А.М. О защите титульного владельца // Закон. 2004. № 2. С. 32—33.

11 См.: Хвостов В.М. Система римского права. — М., 1996. С. 277.

12 См.: Хвостов В.М. Указ. раб. С. 275—276; Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. — М., 1995. С. 151; Бевзенко Р.С. Защита добросовестно приобретенного владения в гражданском праве: Дис. … канд. юрид. наук. — Самара, 2002. С. 28.

13 В современном праве более корректно было бы считать детенторами (держателями) тех обладателей, у которых отсутствует сознательное отношение к господству над вещью. Например, малолетние или недееспособные не могут понимать характер любого своего поведения, в том числе и владения. Если вложить вещь в руки спящего человека, в такой ситуации он не способен осознавать свое обладание имуществом. В литературе, посвященной римскому частному праву, зачастую приводят пример, что пленник, связанный веревкой, не владеет вещью-веревкой, поскольку он, наоборот, был бы рад выразить свою волю на отказ от такого обладания. Но квалификация обладания в качестве держания нисколько не порочит возможность, например, малолетнего или недееспособного обладателя иметь, в частности, право собственности на имущество или защищать свое держание владельческими исками посредством действий законных представителей, так как в момент нарушения обладания вещью держание приобретает ценность владения. Обратим внимание, что авторы Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации (пункты 1.3 и 1.5 раздела законодательства о вещных правах) предлагают отказаться от противопоставления владения и держания, что будет означать доступность владения, например, для недееспособных лиц, что позволит упростить применение владельческой защиты (см.: Вестн. ВАС РФ. 2009. № 11). — Примеч. авт.

14 См.: Венедиктов А.В. Указ. раб. С. 110.

15 См.: Еремеев Д.Ф. Охрана имущественных прав советских граждан. — Мн., 1970. С. 61; Суханов Е.А. Лекции о праве собственности. — М., 1991. С. 225—226; Осташевский М.А. Защита прав добросовестного приобретателя: Дис. … канд. юрид. наук. — Краснодар, 2006. С. 114; Менглиев Р.Ш. Защита владения в гражданском праве: Дис. … канд. юрид. наук. — Душанбе, 1999. С. 43.

16 См.: Моргунов С. Кого и что защищает виндикация // Хозяйство и право. 2000. № 11. С. 30—32; Братусь М.Б. Указ. раб. С. 45.В Концепции развития гражданского законодательства РФ (пункты 1.7 и 1.8 раздела законодательства о вещных правах) и в проекте изменений в раздел II ГК РФ предлагается предусмотреть в законе владельческую защиту (статьи 215—220). На взгляд разработчиков Концепции, нарушитель владения не может ссылаться в качестве возражения на то, что ему принадлежит право на вещь. Однако нарушитель имеет возможность начать спор о праве при соблюдении ряда ограничений (передача вещи третьему лицу в секвестр на время спора, оплата всех издержек по данному делу и т. д.) (см.: Вестн. ВАС РФ. 2009. № 11; http://www.arbitr.ru/press-centr/news/31505.html).

17 http://www.arbitr.ru/press-centr/news/31505.html

18 См.: Рубанов А.А. Понятие владения в советском гражданском праве. — М., 1956. С. 215.

19 См.: Моргунов С.В. Исковая давность в правилах о виндикации // Вестн. ВАС РФ. 2005. № 4. С. 141; Минеев О.А. Способы защиты вещных прав: Дис. … канд. юрид. наук. — Волгоград, 2003. С. 136; Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. — М., 1999. С. 295; Жидков М.Д. Гражданско-правовые способы защиты права собственности в Российской Федерации: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2005. С. 73.

20 См.: Гонгало Б.М. Обеспечение исполнения обязательств. — М., 1999. С. 38; Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. — М., 1997. С. 445; Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. — М., 1998. С. 147—148.

21 См.: Потапенко Е.Л. Право собственности добросовестного приобретателя на недвижимое имущество: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2006. С. 58.

22 См.: Астапова Т.Ю. Владение как институт гражданского права России: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2006. С. 70.

23 См.: Щенникова Л.В. Институт приобретательной давности в России (законодательная конструкция и проблемы правоприменения) // Законодательство. 1999. № 10. С. 23.

24 См.: Хвостов В.М. Система римского права. — СПб., 1998. С. 255; Римское частное право: Учеб. / Под ред. И.Б. Новицкого и И.С. Перетерского. — М., 1994. С. 194; Маслов В.Ф. Осуществление и защита права личной собственности в СССР. — М., 1961. С. 191; Сафронова Т.Н. Проблемы владения в гражданском праве: Дис. … канд. юрид. наук. — Саратов, 2002.С. 208.

25 См.: Малиновский Д.А. Актуальные проблемы категории субъективного вещного права: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2002. С. 13; Калмырзаев М.Б. Приобретательная давность: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2005. С. 6; Рудоквас А.Д. Пункт 2 статьи 234 ГК РФ: Публицианов иск или владельческая защита? // Вестн. ВАС РФ. 2007. № 12. С. 38.

26 См.: Сафронова Т.Н. Указ. раб. С. 210—214.

27 См.: Бевзенко Р.С. Указ. раб. С. 100; Лапина В.В. Институт приобретательной давности и способы защиты давностного владения в гражданском праве России: Дис. … канд. юрид. наук. — Тверь, 2006. С. 149.

28 См.: Шагова В.В. Титульное владение по российскому гражданскому праву: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2002. С. 159.

29 См.: Сафронова Т.Н. Указ. раб. С. 150—152.

30 См. п. 17 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Вестн. ВАС РФ. 2010. № 6. С. 80—104.