О.И. ДЕРЮШЕВА,
аспирант гражданско-правовой кафедры АНО МОК Воронежского экономико-правового института
 
Брак как понятие юридическое — это союз двух лиц разного пола, удовлетворяющий известным условиям закона и обусловливающий определенные гражданские последствия[1]. В СК РФ (ст. 10) указано, что брак заключается в органах ЗАГСа, а права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака, и это  является свидетельством официальности оформленных отношений.
Однако, к сожалению, в настоящее время увеличивается число людей, которые, проживая вместе, ведя общее хозяйство, совместно воспитывая детей, не спешат оформлять свои отношения в установленном порядке, называя их сожительством, гражданским или фактическим браком. Многие при этом даже не подозревают, к каким юридическим последствиям могут привести такие отношения.
 
Само понятие «гражданский брак» появилось в зарубежном праве. В эпоху Великой французской революции законодательство Франции вернулось к принципам свободного римского брака, выраженным известной формулировкой Libera matrimonia esse («брак должен быть совершенно свободным»). Закон 1792 года ввел во Франции гражданский брак, который заключался не в церкви, а в государственных органах. Благодаря этому государство, изымая брачные отношения из исключительного ведения церкви, вступило на путь создания самостоятельного светского брачного законодательства.
В Древнем Риме право допускало некоторые виды внебрачного сожительства. Дозволенное законом длительное сожительство мужчины и женщины отличалось от брака обоюдным отсутствием у них желания вступать в законный брак, а также тем, что рождение детей не было целью сожительства. Сожительство разрешалось только при отсутствии законных препятствий к вступлению в брак (близкое родство, состояние в нерасторгнутом браке и т. д.). Однако лица, находившиеся в такой связи, не пользовались супружескими правами на имущество, как и другими супружескими правами. Лишь в отношении детей признавались права на алименты от отца и на ограниченное наследственное право по отношению к отцу[2].
Все религии, кроме языческих, имевшие в большинстве стран мира статус государственных или официальных, осуждали любое внебрачное сожительство, что влекло за собой непредоставление правовой защиты фактическим супругам. Личные и имущественные отношения между ними также не регулировались законом. Законодателя интересовала лишь судьба детей, рожденных вне брака, уплата отцом средств на их содержание, а в отдельных случаях предоставление содержания нуждающейся матери внебрачного ребенка[3].
Некоторые авторы, например А.В. Малютина, Т.В. Палий, приводят данные, согласно которым в Англии до 1753 года, а также в Шотландии признавались так называемые браки по общему праву. Для заключения такого брака не требовалось соблюдать формальности, необходимо было лишь согласие стать мужем и женой и вступление в фактические супружеские отношения. Для признания такого союза он должен был иметь «репутацию брака», т. е. быть достаточно продолжительным по времени и восприниматься окружающими именно как таковой. Сейчас подобные союзы признаются в некоторых американских штатах (Алабама, Колорадо) и в ряде английских провинций Канады[4].
В России в свое время было установлено нечто вроде гражданской формы заключения брака для раскольников, не признающих священства. А позже, после Октябрьской революции, в связи с изданием Декрета от 18 декабря 1917 г. «О гражданском браке, детях и о ведении книг актов гражданского состояния» был признан только гражданский брак, заключенный в органах ЗАГСа, а брак, совершенный по религиозному обряду, не имел более абсолютно никакого правового значения. Поскольку до революции признавались только церковные браки, а гражданские не заключались и считались сожительством, то и после 1917 года граждане по старой памяти употребляли выражение «гражданский брак», имея в виду не зарегистрированные официально отношения[5]. Однако значительная часть населения России следовала религиозной форме заключения брака, не регистрируя его в государственных органах. Поэтому такие авторы, как Д.М. Генкин, И.Б. Новицкий, Н.В. Рабинович и др., указывают, что придание правового эффекта только зарегистрированному браку, непризнание правового значения за фактическими брачными отношениями отрицательно отражалось на интересах женщин. По статистическим данным Народного комиссариата юстиции России, в 1920-х годах число незарегистрированных браков составляло примерно 7% от общего количества браков в республике. Как правило, в незарегистрированном браке состояли женщины из наименее обеспеченных слоев населения, жившие в тяжелых условиях и нуждавшиеся в правовой защите[6].
В настоящее время гражданский брак (сожительство) также не приводит к возникновению юридических прав и обязанностей супругов, однако, как показывает опыт, люди, проживая вместе и не регистрируя свои отношения, приобретают земельные участки, квартиры, автомобили, гаражи, мебель, бытовую технику. И вот в какой-то момент у них возникает серьезный конфликт, они принимают решение расстаться навсегда, после чего сразу появляются имущественные претензии друг к другу.
Согласно п. 3 ст. 244 ГК РФ общая собственность на имущество является совместной только тогда, когда образование совместной собственности предусмотрено законом. Таким образом, раздел имущества, нажитого в фактическом браке, производится по правилам, установленным гражданским законодательством для общей долевой собственности. Признание имущества, приобретенного супругами, их долевой, а не совместной собственностью, разумеется, по целому ряду причин невыгодно тому, кто после прекращения фактических брачных отношений заявляет требования по поводу этого имущества. Приведем причины, которые встречаются наиболее часто.
1. При разделе имущества между фактическими супругами их доли определяются исходя из размера средств или труда, вложенных каждым в приобретение либо создание той или иной вещи. Необходимо доказать сам факт и размер этого вложения, например, доказать, что ремонт, переоборудование, пристройка и т. п. производились для общего пользования фактических супругов; что с рабочими, ремонтировавшими дом одного из супругов, договаривался и расплачивался другой супруг. Требуется доказывать, что один из фактических супругов в период совместного проживания не имел достаточных средств для приобретения или улучшения имущества без привлечения средств другого и т. п.[7] Из-за отсутствия регистрации брака труд по ведению домашнего хозяйства не учитывается в обязательном порядке, а заработная плата и иные доходы фактических супругов от трудовой, предпринимательской, интеллектуальной деятельности не являются их общим имуществом.
2. Для признания того, что имущество находится в общей (хотя бы долевой) собственности, требуется доказать не сам факт брачных отношений, а факт приобретения данного конкретного имущества на средства или при трудовом участии обоих супругов[8]. В качестве примера ниже приводится судебное решение Верховного суда РСФСР, которое соответствует действующему законодательству.
Если лица, состоявшие в фактических брачных отношениях, зарегистрировали брак, это не влечет за собой признание общим имущества, приобретенного ими до регистрации брака. Например, разрешая спор супругов о праве собственности на дом, возведенный ими во время совместной жизни, но еще до регистрации брака, суд должен руководствоваться не положениями семейного законодательства, а нормами гражданского законодательства об общей долевой собственности и определить доли сторон в зависимости от степени участия каждой из них в создании общей собственности[9].
Так, гражданка К., проживавшая с гражданином Г. без регистрации брака, после смерти Г. предъявила его наследникам иск о признании права собственности на половину дома, приобретенного на его имя. Она ссылалась на то, что при покупке дома часть суммы была уплачена ею из денежных средств, подаренных ее родителями, а другая — из общих денежных средств истицы и Г. Суд признал за истицей право собственности на 2/5 дома, поскольку факт уплаты истицей собственных средств был доказан, а само по себе проживание одной семьей без регистрации брака не создает общности денежных средств истицы и Г. Поэтому деньги, уплаченные Г. за дом, нельзя рассматривать как общие[10].
Так как правоотношения собственности супругов из фактических брачных отношений не возникают, то никакие положения законодательства не применяются к их имуществу. Заключение брачного договора фактическими супругами невозможно, однако, поскольку в гражданском законодательстве нет исчерпывающего перечня договоров, фактические супруги могут, в принципе, заключать соглашения, регулирующие их имущественные отношения. Отдел нотариата Министерства юстиции РФ разъяснил, что не может быть нотариально удостоверен также и договор о разделе имущества между лицами, состоящими в фактическом браке[11]. Тем не менее, как отмечает В.А. Писчиков, если соглашения между фактическими супругами будут соответствовать требованиям закона, они должны признаваться действительными и к ним можно применять нормы о брачном договоре в порядке аналогии закона. Необходимо, правда, помнить о том, что в соответствии с п. 3 ст. 244 ГК РФ общая совместная собственность возникает только в силу закона и, следовательно, не может возникнуть в силу договора. Таким образом, фактические супруги не могут соглашением установить для себя режим общей совместной собственности на имущество, приобретенное в фактическом браке. Однако в связи со значительной распространенностью фактических браков представляется весьма целесообразным прямо разрешить фактическим супругам заключать брачные соглашения, в том числе и с условием распространения на их имущество режима общей совместной собственности[12].
На протяжении многих лет правоприменительную практику и ученых интересует такой вид имущества супругов, как лотерейные билеты. Супруги обращаются в суд с заявлениями о разделе не самих лотерейных билетов, а выигрышей по ним. В таком случае предметом спора выступает не денежная сумма, а неделимая вещь (например, автомобиль, компьютер, видеотехника). Лотерейный билет входит в состав общего имущества, если он был приобретен во время брака на общие средства и выигрыш по такому билету является совместной собственностью супругов, независимо от того, кто из них купил и заполнил билет. Иначе обстоит дело с приобретением билетов фактическими супругами. Так, судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РСФСР определила, что выигрыш по лотерейному билету, приобретенному в период совместного проживания лиц, не состоящих между собой в браке, на средства одного из них, является собственностью приобретателя билета.
Можно привести следующий пример. Гражданин Е. и гражданка Б. в течение года проживали вместе, вели общее хозяйство. В этот период было приобретено семь лотерейных билетов, на один из которых выпал выигрыш — автомобиль. Гараж для этого автомобиля они построили вместе. После прекращения совместной жизни Б. обратилась в суд с иском к Е. о взыскании половины стоимости автомобиля. В определении судебной коллегии Верховного суда РСФСР по данному делу в иске было отказано с указанием на то, что совместное проживание без регистрации брака не имеет юридического значения и не создает общности имущества. А для признания за лицом права на долю в имуществе как за участником общей долевой собственности нужно основание — его действительное участие в приобретении имущества. В данном же случае истица Б. не представила доказательств своего участия в приобретении лотерейного билета или автомобиля. Ответчик Е. лично приобрел все лотерейные билеты, что подтверждается показаниями очевидца, лично предъявил выигрышный билет к оплате (выдаче) и зарегистрировался в ГАИ как владелец автомобиля[13].
В отечественной юридической литературе все чаще высказываются мнения, согласно которым в настоящее время нельзя игнорировать рост числа фактических браков; законодателя призывают к защите интересов фактических супругов, поскольку защита не всегда в полной мере обеспечивается положениями об общей долевой собственности, применяемыми к имущественным отношениям фактических супругов. Изменения в жизни общества, в свою очередь, привели к изменению прежних нравственных устоев, фактический брак, или сожительство, распространен среди граждан России. Игнорирование данного факта может лишить правовой защиты нынешнее, а возможно, и следующее поколение многих российских граждан. Однако следует учитывать, что современные супружеские пары предпочитают фактические брачные отношения зарегистрированному браку не из религиозных соображений и не из-за неграмотности, а именно потому, что фактический брак не влечет правовых последствий, установленных для брака законного, и не связывает обе стороны обязательствами.  Фактический брак предпочитают порой из-за меньшей ответственности, возможности избежать каких-то расходов и т. п. Существуют также союзы представителей беднейших слоев населения и этнических меньшинств (иммигранты, «соломенные вдовы»), которые, не сумев расторгнуть предыдущий брак, вступают в новые фактические брачные отношения. Поэтому применение к фактическим брачным отношениям норм, регулирующих отношения супругов, было бы неоправданным и противоречило бы самой сути таких отношений[14].
Хотелось бы верить, что прежние нравственные устои возьмут верх над распространением фактических брачных отношений среди российских граждан и брак будет оформляться в установленном порядке, т. е. регистрироваться в наделенных соответствующими полномочиями государственных или муниципальных органах, либо совершаться по определенному религиозному обряду, если законы субъекта Российской Федерации приравнивают религиозный брак к зарегистрированному светскому.
 
Библиография
1 См.: Писчиков В.А. Семейные отношения: Сам себе адвокат. — М., 2007. С. 9.
2 См.: Хвостов В.М. Система римского права. — М., 1996. С. 107, 367; Новицкий И.Б. Римское право. — М., 1993. С. 63.
3 См.: Антокольская М.В. Семейное право. — М., 1999. С. 60—61; Нечаева А.М. Семейное право. — М., 1998. С. 51.
4 См.: Малютина А.В., Палий Т.В. Брачный договор в системе зарубежного и российского права / Под ред. А.И. Чучаева. — Ульяновск, 1996. С. 47.
5 См.: Писчиков В.А. Указ. соч. С. 21.
6 См.: Антокольская М.В. Указ. соч. С. 70; Генкин Д.М., Новицкий И.Б., Рабинович Н.В. История советского гражданского права. — М., 1949. С. 427—428, и др.
7 См.: Слепакова А.В. Правоотношения собственности супругов. — М., 2005. С. 410.
8 См. там же. С. 411.
9 См.: Шахматов В.П. Законодательство о браке и семье. — Томск, 1981. С. 77.
10 См.: Бюллетень Верховного суда РСФСР. 1974. № 8. С. 1; Шахматов В.П. Указ. соч. С. 76—77.
11 См.: Советская юстиция. 1971. № 2, обложка.
12 См.: Писчиков В.А. Указ. соч. С. 68—69.
13 См.: Бюллетень ВС РСФСР. 1970. № 4. С. 5—6; Шахматов В.П. Указ. соч. С. 79; Слепакова А.В. Указ. соч. С. 147, 411.
14 См.: Слепакова А.В. Указ. соч. С. 416—417.