УДК 342.34 Демократия

Страницы в журнале: 21-24 

 

А.Ю. ЛЫКОВ,

аспирант кафедры истории государства и права Сибирского федерального университета

 

Исследуются ключевые проблемы современных демократий и возможный механизм их преодоления.

Ключевые слова: демократия, общество, барьеры, политика, цикл.

 

Barriers of modern democracy

 

Lykov A.

 

The article considers the key issues of modern democracies and a possible mechanism that can be used to resolve them.

Keywords: democracy, society, barriers, politics, cycle.

 

Под демократией понимается форма общественного управления, при которой большинство ее членов участвуют в формировании юридических норм; этим нормам подчиняется (в том числе принудительно) все население[1]. Как описал демократию К. Поппер, участие большинства есть не столько функция справедливости, сколько техническое средство обеспечения динамичности и изменчивости государственной политики, в случае если она не удовлетворяет потребностям общества[2]. Если же потребности общества не удовлетворяются в нужном объеме и отсутствуют реально действующие демократические институты, то возникает социальная напряженность и создаются предпосылки для революций. В качестве примера можно привести панафриканские революционные движения 2011 года в Ливии, Тунисе, Египте и других регионах. Для того, чтобы избежать указанной ситуации, необходимо не только формирование институтов демократии, но и обеспечение их реального функционирования. Но при решении данной задачи на практике неизбежно возникает ряд барьеров, не преодолев которые невозможно достичь нужной цели. Условно можно выделить пять основных барьеров демократии.

Первый состоит в том, что зачастую издержки получения политического влияния через оппозиционное политическое движение в разы меньше, чем через примыкание к правящей политической элите. Это обусловливается изначально низким уровнем политического плюрализма и сильным подавлением оппозиции.

Второй барьер заключается в том, что любая политика требует экономических ресурсов. Экономические ресурсы находятся в руках экономически доминирующего класса. Этот класс олицетворяет доминирующую элиту и не склонен что-либо менять, что неизбежно в итоге приводит к консервации каких-либо политических реформаций. Как описал эту особенность Р. Даль, «экономические ресурсы способны до известной степени обращаться в средства политической борьбы. Если граждане неравны в экономических ресурсах, вероятно, будут неравны и их политические возможности»[3]. Ч. Линдблом указывал: ряд субъектов могут позволить нанять специалистов по связям с общественностью, оплачивать эфирное время, радиовещание, печать в газетах и публичные выступления, в то время как другим данные ресурсы недоступны. Кроме того, лица, обладающие политической властью (например, депутаты), могут воспользоваться своим должностным положением, чтобы сформировать избирательный штаб и собрать денежные средства, что не сможет сделать оппонент, не занимающий подобную должность.

Третий барьер наглядно выразил М. Олсон: «Не существует обществ, в которых все группы с общими интересами были бы равно хорошо организованными и тем самым достигли бы оптимальных исходов на основе всесторонних переговоров и всеобъемлющих соглашений»[4]. А.В. Павроз, анализируя данный вопрос, описывает два наглядных примера, представленных в научной литературе[5]. Первый был приведен С. Фишером и Р. Дорнбушем при анализе государственной поддержки цен на молоко в США, второй — проиллюстрирован К.С. Вяткиным при анализе аграрного лобби в Германии. Суть указанных примеров сводится к тому, что чрезвычайно эффективному аграрному и молочному лобби противостоят гораздо более многочисленные, но разрозненные и слабо организованные группы интересов: рабочие, налогоплательщики, потребители и др.[6] И так как последних гораздо больше, они сложнее организуются и имеют менее качественное представительство.

Четвертый барьер. Чтобы население начало поддерживать оппозиционную политическую группу, уровень жизни и уровень самореализации членов общества должен быть не просто низким, а опуститься ниже допустимого минимума. В случае если он просто низкий, то правящая партия сможет удерживать власть такими обычными стандартными черными методами, как подтасовка результатов выборов, лоббирование и спонсирование оппозиций, использование административного ресурса. Как справедливо указывал сторонник теории элит Р. Миллс, «господствующие группы охотно декларируют существование справедливого равновесия сил и подлинной гармонии интересов, ибо они заинтересованы в том, чтобы их господство ничем не прерывалось и не нарушалось»[7].

Пятый барьер заключается в противоречивом влиянии информационных глобальных процессов на либерализацию политики. C одной стороны, человек обладает всем необходимым, чтобы каждую минуту быть в курсе мировых новостей[8]. C другой стороны, в любом случае данное информирование осуществляется опосредованно, через СМИ, которые в равной степени могут быть как независимыми, так и представлять интересы определенной социальной (политической) группы. Как указывает А.В. Гуменский, в контексте влияния развития информационных технологий конечной целью политической информации является не информирование и передача нейтральных сведений, а формирование заданного отношения аудитории к той или иной идее, личности, событию, факту. Фактически создается новая реальность. «Она проще, понятнее, в ней меньше противоречий, краски ярче и границы Добра и Зла обозначены более четко, Герои и Злодеи... расставлены по местам...»[9]. Автор приходит к выводу, что политическое сообщение никогда не информирует о фактах, а дает заранее установленную оценку данным фактам, ничего не предлагая и не спрашивая, определяя отношение аудитории к происходящим процессам[10].

Ситуация, при которой все барьеры существуют, может продолжаться в течение всей жизни поколения правящего политического круга. По этой причине в действительности демократия есть механизм цикличный. Чем более развита демократия, тем быстрее проходят циклы. Например, в России цикл длится с 1993 года по 2012 год и, скорее всего, будет продолжаться, так как власть не меняется, а преемственно передается. В идеале политический цикл должен быть равен срокам полномочий руководства государства, установленным в нормативных правовых актах, но на практике такая ситуация характерна только для сильных демократий (например, она наблюдалась в США в отдельно взятые периоды существования этого государства).

Справедливо возникает проблема, касающаяся возможности преодоления данных барьеров в течение одного политического периода, а также относительно мер, которые были бы наиболее оптимальными для выполнения данной задачи. Представляется, что введение дополнительных средств контроля или других институтов демократии не может оказать какое-либо влияние в рамках одного политического цикла, так как в условиях политической монополярности любое техническое средство будет подконтрольно не гражданскому обществу, а политической элите и, следовательно, окажется неспособным что-либо изменить. Именно по этой причине наиболее правильной мерой является формирование культурных ценностей, которые обеспечивают демократию и ее институты изнутри. Как выразил данную мысль А.В. Павроз, «существование плюралистических политических систем без признания определенных идеологических ценностей и достаточно жестких институциональных ограничений невозможно»[11]. Другими словами, нет смысла строить демократию, если демократия не является ценностью как идея. Осознание демократии как ценности может прийти только через восприятие прав и свобод, которые она гарантирует и обеспечивает. В.Ф. Пряхин в указанном ракурсе отметил, что К. Маркc открыл в свое время закон соответствия производственных отношений производственным силам. «То есть, грубо говоря, крепостная зависимость крестьян от помещика в эпоху тракторов и пестицидов — это безусловный регресс. Но из этого не следует, что в условиях, когда деревянная соха является основным средством производства, общество должно жить по законам современной парламентской демократии. Иначе мы очень скоро придем к состоянию общества, при котором неграмотный уголовник будет свободно разгуливать по улицам с винтовкой с лазерным прицелом»[12].

Так или иначе демократия является демократией не за счет выборов или партий и других ее институтов, а за счет развития всеобщей правовой культуры. И основная задача демократии — наиболее широкий ценностный охват населения. Потому что только лучшее население может избирать достойных руководителей, способных вести общество в нужном для прогресса направлении. На практике воспитание членов общества с более высоким уровнем правосознания и правовой культуры может быть осуществлено посредством увеличения времени обязательного образования или введения обязательного высшего образования, а также путем вовлечения в активную политическую борьбу наиболее обеспеченных слоев населения, которые располагают большим количеством ресурсов для создания действующей оппозиционной силы. Косвенно развитию правовой культуры послужило бы и введение обязательного участия в выборах, общественных слушаниях и других политически значимых мероприятиях.

Таким образом, можно сделать вывод, что все достижения демократии основываются не на механизмах участия народа в формировании государственной политики, а на его образованности и умении понимать, представлять и защищать свои интересы. И только повышение всеобщего уровня правовой культуры может обеспечить существование не декларируемой, а реально работающей демократии.

 

Библиография

1 См.: Beetham D., Boyle K. Introducing democracy: 80 questions and answers. — Blackwell Publishers Ltd, 1995. P. 1—11; Loughlin M. The Idea of Public Law. — N. Y., 2003. P. 53; Manin B. The Principles of Representative Government. — Cambridge, 1997. P. 236.

2 См.: Поппер К. Открытое общество и его враги: В 2 т. Т. 1: Чары Платона. — М., 1992. C. 165.

3 Даль Р.А. Введение в экономическую демократию / Отв. ред. Ю.К. Абрамов. — М., 1991. C. 55.

4 Олсон М. Возвышение и упадок народов. Экономический рост, стагфляция, социальный склероз. — Новосибирск, 1998. С. 68—69.

5 См.: Павроз А.В. Теория политического плюрализма: сущность, противоречия, альтернативы. — СПб., 2009. C. 72—73.

6 См.: Вяткин К.С. Лоббизм по-немецки // ПОЛИС: Политические исследования. 1993. № 1. C. 182.

7 Миллс Р. Властвующая элита. — М., 1959. C. 333—334.

8 См.: Современные глобальные проблемы / Отв. ред. В.Г. Барановский, А.Д. Богатуров. — М., 2010. C. 249.

9 Там же. C. 262.

10 Там же. C. 251.

11 См.: Павроз А.В. Указ. раб. C. 41.

 

12 Новая идеология для человечества / Предисловие Генерального секретаря ОБСЕ Марка Перрен де Пришамбо. Предисловие д-ра техн. наук А.П. Федотова. — М., 2008. C. 81.