УДК 341.231.14:341.98
 
И.В. ВОРОНЦОВА,
кандидат юридических наук, доцент, докторант кафедры гражданского процесса Саратовской государственной академии права
 
В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ Конвенция о защите прав человека и основных свобод является частью правовой системы Российской Федерации и признается источником российского права. В статье исследуются место и значение правовых позиций, сформулированных Европейским судом по правам человека в его постановлениях в отношении как Российской Федерации, так и других государств.
Ключевые слова: Европейский суд,  Конвенция о защите прав человека и основных свобод, Конституционный суд РФ, источники российского права.
 
Meaning of the European Court of Justice Rulings
In compliance with part 4 article 15 of the Constitution of the Russian Federation the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms is a part of the Russian Federation legal system and therefore is recognized as a source of Russian law. The present article studies the place and meaning of legal rulings stated by the European Court of Justice in the
resolutions adopted in respect of both the Russian Federation and other countries among the sources of Russian law.
Keywords: European Court of Justice,  The Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms, Constitutional Court, source of Russian Law.
 
Конституционный суд РФ впервые сослался на постановления Европейского суда по правам человека в постановлении от 23.11.1999 № 16-П «По делу о проверке конституционности абзацев третьего и четвертого пункта 3 статьи 27 Федерального закона от 26 сентября 1997 года “О свободе совести и о религиозных объединениях” в связи с жалобами Религиозного общества Свидетелей Иеговы в городе Ярославле и религиозного объединения “Христианская церковь Прославления”», указав, что постановления Европейского суда по правам человека от 25.05.1993 и от 26.09.1996 разъясняют характер и масштаб обязательств государства, вытекающих из ст. 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция).
В п. 2.1 постановления КС РФ от 05.02.2007 № 2-П «По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ “Нижнекамскнефтехим” и “Хакасэнерго”, а также жалобами ряда граждан» разъясняется: в силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы, причем международный договор Российской Федерации имеет приоритет перед законом при наличии коллизии между ними.
Согласно Федеральному закону от 30.03.1998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» (далее — Закон о ратификации) Российская Федерация в соответствии со ст. 46 Конвенции признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации.
Таким образом, ратифицировав Конвенцию, Российская Федерация признала юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов. Поэтому, как и Конвенция, решения Европейского суда по правам человека — в той части, в какой ими, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, дается толкование содержания закрепленных в Конвенции прав и свобод, включая право на доступ к суду и справедливое правосудие, — являются составной частью российской правовой системы, а потому должны учитываться федеральным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при применении соответствующих норм права.
Сказанное выше позволяет сделать вывод о том, что для судов Российской Федерации обязательной является та часть постановлений, в которых излагаются правовые позиции Европейского суда, а следовательно, мотивировочная часть является судебным прецедентом. Таким образом, в правовой системе Российской Федерации все-таки действует прецедент.
Вопрос о месте постановлений Европейского суда по правам человека в российской право-
применительной практике сегодня активно исследуется учеными и практиками[1].
Так, Председатель КС РФ на VIII Международном форуме по конституционному правосудию «Имплементация решений Европейского Суда по правам человека в практике конституционных судов стран Европы» еще до принятия упомянутого выше постановления КС РФ отметил: «В силу статьи 32 Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейский Суд по правам человека имеет право решать все вопросы, касающиеся толкования и применения положений Конвенции и Протоколов к ней. Поэтому правовые позиции Европейского Суда, излагаемые им в решениях при толковании положений Конвенции и Протоколов к ней, и сами прецеденты Европейского Суда признаются Российской Федерацией как имеющие обязательный характер»[2].
Признавая, что Европейский суд создает прецеденты, и указывая, что они имеют обязательный характер, В. Зорькин тем самым подчеркивает значение прецедента Европейского суда в правовой системе Российской Федерации.
Того же мнения придерживается Б.С. Эбзеев, который оценивает Закон о ратификации как трансформационный акт, согласно которому не только Конвенция, но и прецеденты Европейского суда, сложившиеся в процессе ее толкования и применения, обязывают Россию и вменяются в качестве обязательных всякому правоприменителю[3].
Из текста Закона о ратификации не понятно, о каких правовых позициях идет речь: о выраженных в постановлениях в отношении только Российской Федерации или также в отношении других государств?
О необходимости применения правовых позиций Европейского суда по правам человека говорится в информационном письме Высшего арбитражного суда РФ от 20.12.1999
№ С1-7/СМП-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским Судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие» (далее — Письмо ВАС РФ), в котором арбитражные суды ориентированы на соблюдение положений, сформулированных Европейским судом по правам человека и направленных на защиту имущественных прав и права на правосудие. Кроме того, на это указывается в пунктах 10—15 постановления Пленума Верховного суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» (далее — Постановление ВС РФ), в п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», в преамбуле и пунктах 1 и 9 постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».
В Письме ВАС РФ содержится ссылка на Закон о ратификации, но о каких конкретно решениях идет речь, не упоминается.
В п. 11 Постановления ВС РФ указывается, что в силу п. 1 ст. 46 Конвенции, где говорится, что высокие договаривающиеся стороны обязуются исполнять окончательные постановления Европейского суда по делам, в которых они являются сторонами, эти постановления в отношении Российской Федерации, принятые окончательно, являются обязательными для всех органов государственной власти Российской Федерации, в том числе и для судов. Из Постановления ВС РФ и Конвенции усматривается положение, согласно которому прецедентное значение для нашей страны имеют только постановления, принятые Европейским судом в отношении Российской Федерации.
Европейский суд в постановлениях руководствуется своей прецедентной практикой, т. е. при изложении постановлений и решений по жалобам против России он ссылается на практику по делам против других государств. Это соответствует принципу правовой определенности, поскольку делает прогнозируемым решение суда.
Следовательно, при применении норм Конвенции Российская Федерация должна принимать во внимание всю практику Европейского суда по правам человека, в том числе ту, которая была сформирована по делам, рассмотренным до присоединения России к Конвенции. Только такой подход поможет избежать новых нарушений Конвенции со стороны России. Однако для реализации данного подхода прежде всего нужно обеспечить доступность постановлений и решений Европейского суда, а именно публиковать решения суда на английском и русском языках (официальный перевод) в официальных изданиях («Собрании законодательства Российской Федерации», «Российской газете»), потому что сегодня переводится и официально публикуется очень небольшое число всех постановлений, принимаемых Европейским судом.
М.Ш. Пацация, назвав прецеденты Европейского суда прецедентами толкования Конвенции, пришел к выводу, что акты Европейского суда должны рассматриваться в отечественной судебной системе как акты, в плане юридической силы подобные актам КС РФ, в которых содержится оценка конституционности норм российских законов (несмотря на очевидные различия: Европейский суд, в отличие от КС РФ, не наделен полномочием на «дисквалификацию» правовых норм), и что любое применение (как и неприменение) или толкование конвенционных норм российскими судами, расходящееся с их применением и толкованием Европейским судом, в окончательных постановлениях неправомерно, а соответствующие судебные акты подлежат пересмотру по инициативе заинтересованных лиц в порядке, определенном российским процессуальным законодательством[4].
Как было отмечено в постановлении Европейского суда от 24.10.1979 по делу «Винтерверп против Нидерландов», само внутреннее законодательство должно соответствовать Конвенции, включая общие принципы, выраженные или подразумеваемые в ней. Именно поэтому применение Конвенции к практическим юридическим вопросам является обоснованным.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что внутреннее законодательство страны—участницы Конвенции объективно должно соответствовать как самой Конвенции, так и позициям Европейского суда, выраженным в его решениях. Поэтому применение Конвенции и решений Европейского суда по практическим юридическим вопросам является обоснованным.
На основании изложенного следует сделать вывод о необходимости принятия федерального закона «О порядке опубликования, исполнения решений Европейского суда по правам человека и их месте в российской правовой системе», в котором нашли бы отражение:
— порядок опубликования решений Европейского суда в Российской Федерации, а именно опубликование решений на английском и русском языках (официальный перевод) в официальных изданиях — «Российской газете» или «Собрании законодательства Российской Федерации»;
— правовое положение и статус решений Европейского суда, их место в иерархии источников российского права, их обязательность для всех органов государственной власти Российской Федерации, в том числе и для судов, а также введение запрета для государственных органов отказываться рассматривать аргументы, основанные на Конвенции;
— процедура исполнения решений Европейского суда в отношении конкретных граждан Российской Федерации, порядок выплаты компенсации, присужденной Европейским судом при рассмотрении дела;
— процедура исполнения решений Европейского суда, требующих внесения изменений в законодательные акты Российской Федерации, с указанием конкретных сроков для разработки законопроекта и его принятия в соответствии с установленной процедурой для принятия нормативных правовых актов в Российской Федерации.
Последнее имеет особо важное значение, так как исполнение решения Европейского суда — достаточно сложный процесс, предполагающий не только выплату справедливой компенсации заявителю, но и, самое главное, принятие государством мер общего характера —
законодательных, практических или организационных, чтобы установленные нарушения более не повторялись. А невнесение изменений в национальное законодательство приводит к систематическому нарушению прав и свобод человека и противоречит общепризнанным принципам и нормам международного права.
За всю многолетнюю практику Европейского суда не было зафиксировано ни одного случая неисполнения его решений государствами—членами Совета Европы. Согласно Уставу Совета Европы, такое неисполнение может привести к приостановлению членства государства и в конце концов, в соответствии с решением Комитета министров, к исключению государства из состава Совета Европы. Если государство констатирует, что без изменения законодательства или судебной практики рассмотренная Европейским судом ситуация может повториться, оно должно осуществить необходимые новации.
Таким образом, постановления Европейского суда, принятые в отношении Российской Федерации, имеют прецедентное значение, а судебную практику по таким решениям следует считать источником российского права. Если же речь идет о постановлениях, вынесенных в отношении другого государства, то их также следует учитывать российским судам, поскольку это может помочь избежать нарушений и недочетов, которые уже были предметом рассмотрения и по которым уже сформулированы правовые позиции ЕС в отношении других государств. Следует констатировать, что роль судебной практики в правовой системе Российской Федерации постоянно возрастает и, соответственно, суды при рассмотрении спора, аналогичного делу, по которому Европейский суд по правам человека ранее вынес постановление против России, должны руководствоваться как Конвенцией, так и принятыми ранее постановлениями Европейского суда.
 
Библиография
1 См., например: Алисиевич Е.С. Правовые позиции Европейского Суда по правам человека в российской правоприменительной практике // Актуальные вопросы государства и гражданского общества на современном этапе: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. 10—11 апр. 2007 г. Ч. 6. — Уфа, 2007. С. 19—29.
2 Зорькин В. Роль Конституционного Суда Российской Федерации в реализации Конвенции о защите прав человека и основных свобод // Имплементация решений Европейского Суда по правам человека в практике конституционного правосудия. — М., 2006. С. 178—179.
3 См.: Султанов А.Р. О применении судами постановлений Европейского Суда по правам человека / Российский судья. 2008. № 9.
4 См.: Пацация М.Ш. Европейский Суд по правам человека и пересмотр судебных актов по арбитражным делам // Законодательство и экономика. 2006. № 3.