УДК 347.634/.637 

СОВРЕМЕННОЕ ПРАВО №5 2011 Страницы в журнале: 62-65

 

Т.В. БОГДАНОВА,

аспирант кафедры гражданского процесса Саратовской государственной академии права, помощник прокурора г. Мичуринска Тамбовской области

 

Исследуется вопрос исполнения решений суда по делам, связанным с воспитанием детей, в частности, с определением места жительства детей при раздельном проживании родителей. Анализируются проблемные аспекты порядка исполнения решений суда по данной категории дел. Изложен ряд предложений по внесению изменений в действующее законодательство Российской Федерации.

Ключевые слова: защита прав несовершеннолетних, исполнительное производство, судебный пристав-исполнитель, исполнение решения суда, определение места жительства.

 

Execution of decisions of court concerning definition of a residence and education of children at separate residing of parents

 

Bogdanova T.

 

The article is devoted to the study of search of the court of decisions on affairs connected with education of children, in particular executions of decisions of court connected with definition of a residence of children at separate residing of parents.

The author analyses the problem aspects of an order of the execution of court of decisions on the this category. In article a number of offers on modification of the current legislation of the Russian Federation is offered.

Keywords: protection of the rights of minors, final process, bailiff, execution of judgement, determin residence.

 

О  масштабах проблем, связанных с разрешением семейных конфликтов, особенно затрагивающих права несовершеннолетних детей, свидетельствует тот факт, что если в 2008 году

в районных судах насчитывалось 134,8 тыс. дел, возникающих из семейно-брачных отношений, то в 2009 году — 157,7 тыс. дел. Кроме того, из 11,4 тыс. кассационных дел данной категории количество дел о лишении родительских прав за указанный период возросло с 20 до 31,1%, а число споров, связанных с воспитанием детей, — с 19,1 до 27,3%[1]. Более того, указанные проблемы все чаще приобретают международный характер[2]. Отмечается значимость защиты прав детей и на государственном уровне. Президент РФ Д.А. Медведев в Послании  Федеральному собранию РФ подчеркнул: «Общество, в котором на деле защищают права ребенка и уважают его личное достоинство, не только добрее и человечнее, это общество быстрее и лучше развивается, имеет благоприятную, предсказуемую перспективу»[3].

В настоящее время в судебном порядке может быть защищено любое нарушенное (оспоренное) право ребенка (ст. 46 Конституции РФ, статьи 8 и 56 СК РФ). Однако в деле защиты нарушенного права важно не только вынести верное решение, но и обеспечить его своевременное исполнение[4].

Право ребенка на общение провозглашается в п. 3 ст. 9 Конвенции о правах ребенка от 20 ноября 1989 г., где говорится, что ребенок, который разлучается с родителями, имеет право поддерживать на регулярной основе личные отношения и прямые контакты с ними, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам[5].

В Российской Федерации условия и порядок принудительного исполнения судебных актов регулируется СК РФ (ст. 79), разделом VII ГПК РФ, федеральными законами от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве) и от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах». Однако по-прежнему многие судебные акты, в том числе и по делам, связанным с определением места жительства ребенка, остаются неисполненными, от чего страдают конкретные люди, и особенно  дети.

По общему правилу место жительства ребенка при раздельном проживании родителей устанавливается соглашением между матерью и отцом. При отсутствии соглашения спор разрешается судом, исходя из интересов детей и с учетом их мнения. Кроме того, законодатель не ограничивается декларативным положением, а обязывает суд учитывать привязанность ребенка, причем не только к родителям, но и к тем, кто с ними проживает, — братьям, сестрам. Требуется проанализировать и нравственные качества родителей, возможность создания ребенку максимально благоприятных условий для развития.

Место исполнения решения суда определяется в зависимости от того, какие требования содержатся в исполнительных документах, обязывающих должника совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий).

Так, А.М. Нечаева считает, что такое место может быть подсказано родителями, если они спорили о месте проживания ребенка, но лучше все-таки осуществлять исполнение не в родительском доме, а в детском саду, в школе, в любом другом воспитательном учреждении (т. е. на нейтральной территории) либо в доме родственников, знакомых, способных обеспечить хотя бы относительное спокойствие при передаче ребенка одному из родителей[6].

Судебный пристав-исполнитель определяет время совершения исполнительных действий (согласно ч. 1 ст. 35 Закона об исполнительном производстве, в рабочие дни с 6 до 22 часов по местному времени).

По спорам об определении места жительства ребенка использовать всякого рода исключения на этот счет нежелательно, поскольку спокойная, не усугубленная торопливостью атмосфера в момент передачи ребенка от одного родителя другому — одно из условий успешной реализации судебного решения. Если же существует вероятность отсутствия ребенка, его переезда по неизвестному адресу, допустимы отступления от общего правила, в том числе касающиеся места и времени исполнения решения суда. Лучше всего для ребенка, когда стороны (мать и отец несовершеннолетнего) договариваются об удобном для них времени исполнения, что им позволяют положения ст. 35 Закона об исполнительном производстве. Такая договоренность может состояться и между лицами, лишенными родительских прав или ограниченными в своих родительских правах судом, и представителем органов опеки и попечительства, выступавшим в качестве истца по делу.

Сроки совершения исполнительных действий судебным приставом-исполнителем, предусмотренные ч. 1 ст. 36 Закона об исполнительном производстве, составляют 2 месяца со дня возбуждения исполнительного производства.

В случае, когда требуется отобрать ребенка, а это чаще всего не терпит отлагательства, в судебном решении должна быть специальная оговорка о немедленном исполнении, что будет отражено и в исполнительном документе.

При неисполнении должником в установленный срок предписания судебного пристава-исполнителя о передаче ребенка взыскателю судебный пристав-исполнитель должен выяснить причину неисполнения. При наличии уважительных причин пристав может отложить исполнение на срок не более 10 дней по заявлению взыскателя или по собственной инициативе (ст. 38 Закона об исполнительном производстве), о чем выносит постановление.  По нашему мнению, такой срок слишком мал для успешного разрешения сложных психологических проблем, поэтому предлагаем предоставить судебным приставам-исполнителям право самостоятельно определять продолжительность рассматриваемого срока, но при этом необходимо предусмотреть ограничение, а именно: данный срок не может превышать одного месяца.

Итак, согласно п. 2 ст.79 СК РФ принудительное исполнение решений, связанных с передачей ребенка другому лицу (лицам), должно производиться с обязательным участием представителя органов опеки и попечительства и лица (лиц), которому передается ребенок, а в необходимых случаях — с участием представителя органов внутренних дел. Отсюда следует, что в подобной ситуации судебный пристав-исполнитель обязан известить представителя органов опеки и попечительства о месте исполнения решения суда, дате и времени, когда его предстоит совершить. Такое требование понятно. Во-первых, представитель органов опеки и попечительства по долгу службы обязан принимать участие в процедуре, имеющей прямое отношение к защите прав ребенка; во-вторых, он может оказать помощь исполнителю квалифицированным советом, рекомендациями; в-третьих, может предотвратить действия антипедагогического характера со стороны любых участников исполнения.

Следует, на наш взгляд, согласиться с С.А. Ивановой, которая считает, что специфика исполнения судебных решений по гражданским делам, связанным с воспитанием детей, состоит в том, что инициатива стороны, заинтересованной в быстрейшей передаче ребенка, соединяется с инициативой и активностью суда, судебного пристава-исполнителя, прокуратуры, органов опеки и попечительства[7].

Задачи органов опеки и попечительства при исполнении решения суда различны. В одном случае их участие сводится к обеспечению безболезненной для ребенка передаче его лицу, указанному в решении суда. В другом случае они не только отбирают детей у родителей, но и решают вопросы их дальнейшего воспитания[8].

При этом остается неизменным правило, согласно которому руководящая роль в исполнении подобного рода решений в любом случае принадлежит судебному приставу-исполнителю, который несет ответственность за процесс исполнения и его результат. В этой связи вряд ли можно согласиться с мнением П.П. Заворотько, что роль судебного пристава-исполнителя по исполнению решений, которыми ответчик присужден к совершению определенных действий, в том числе и по делам о воспитании детей, сводится только к тому, что он удостоверяет, фиксирует факт, что должник был извещен о необходимости исполнения решения и в срок решения не исполнил[9].

Для разъяснения вопросов, которые могут возникнуть при исполнении, по просьбе сторон или по инициативе самого исполнителя может быть привлечен специалист (несколько специалистов). Пригласить его или нет — право судебного пристава-исполнителя. Однако надо учитывать, что в особенно сложных случаях помощниками пристава могут стать педагог, воспитатель, детский психолог[10].

Как показывает практика, рассмотрение отдельно вопроса об определении места жительства ребенка с одним из родителей само по себе неэффективно, нецелесообразно и не направлено на обеспечение интересов ребенка. Для того чтобы обеспечить реальное право ребенка на общение с обоими родителями (в большей степени беспокойство вызывает общение с родителем, проживающим отдельно от ребенка), следует при рассмотрении вопроса об определении места жительства одновременно решать вопрос об определении порядка встреч, исполнение которого ложится на органы опеки и попечительства.

Г.Ю. Федосеева считает, что, если в процессе одного судебного разбирательства рассматривать оба вопроса — об определении места жительства и о порядке общения, — это вовсе не означает принятия «детализированного» решения, содержащего регламент свиданий. Последний вопрос может быть решен органом опеки и попечительства, который в определенный судом срок и с учетом конкретных обстоятельств установит график свиданий[11].

Сложность споров о месте проживания ребенка объясняется также трудностями в исполнении вынесенного судом решения, на что обращается внимание в юридической литературе. Выход из положения видится в возможности использования промежуточных мер, позволяющих реализовать судебное решение. Согласно абзацу второму п. 2 ст. 79 СК РФ эти меры сводятся к временному устройству ребенка по определению суда в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Такая мера промежуточного характера чаще всего позволяет разрядить обстановку, помогает родителям и ребенку успокоиться, после чего легче исполнить решение суда даже в стенах этого учреждения.

Однако такой способ исполнения надо применять крайне осторожно, чтобы не нанести ребенку душевную травму. Детская непосредственность, острое восприятие ребенком окружающего, особенно при повышенной чувствительности, обязывает всех оградить его от любого отрицательного воздействия.  По нашему мнению, если ребенок никогда не был в детском учреждении или имеет предубеждение против него, то применять указанный способ не следует.

Практика показывает, что обычно суды при определении порядка общения ребенка с родителями ориентируются на требования ответчика либо несколько их смягчают, если те подлежат удовлетворению. Но после вступления в силу судебного решения жизненная ситуация может резко меняться в ту или иную сторону (болезнь, командировка, изменение характера работы истца, ответчика). Иным может стать состояние здоровья ребенка, его настроение;

на его психику может повлиять погода, если встреча должна состояться на улице во время прогулки. Словом, зафиксированный в решении суда порядок общения не только по субъективным, но и по объективным причинам иногда обречен на провал. Именно поэтому в судебном решении порядок общения может быть определен лишь по общим позициям, ибо вносить постоянно уточнения, коррективы в решение суда невозможно.

Следует согласиться с Е.А. Фоминой в том, что выход из положения видится в дополнении текста абзаца второго п. 2 ст. 66 СК РФ словами: «В случае необходимости суд вправе поручить органам опеки и попечительства внести уточнения в порядок общения несовершеннолетнего с отдельно проживающим родителем»[12].

В процессе исполнения решения суда случается, что родитель, не желающий передавать ребенка, увозит его, оставляет у родственников. Возникает вопрос: можно ли в этом случае принудительно отобрать ребенка на основании решения суда, или родителю надо предъявить новый иск об отобрании ребенка у третьих лиц?

По нашему мнению, если ребенок передан третьим лицам после того, как суд своим решением определил, что он должен проживать с кем-то из родителей, то передача ребенка другим лицам является нарушением, уклонением от исполнения решения суда, а поэтому для отобрания ребенка не требуется предъявлять новый иск (к третьим лицам). Отобрание ребенка у этих лиц можно произвести на основании имеющегося решения, определившего, с кем будет проживать ребенок. При этом складывается положение, сходное с возникающим при изъятии имущества, принадлежащего должнику, но находящегося у третьих лиц. Гражданско-процессуальным законодательством предусмотрено изъятие в этом случае имущества у лиц, не являющихся стороной по делу, на основании решения суда, по которому должник обязан передать имущество взыскателю.

Если же ребенок до или на момент рассмотрения спора между родителями фактически находился у третьих лиц, а суду об этом не было известно и он не выявил это при рассмотрении дела, в связи с чем третьи лица не были привлечены к участию в деле, то отобрать ребенка у третьих лиц на основании вынесенного при таких обстоятельствах решения без их согласия нельзя. Само решение, как постановленное по неисследованным материалам дела, должно быть пересмотрено в установленном законом порядке[13].

К сожалению, как показывает российская судебная практика, с исками об определении места жительства ребенка либо по делам, связанным с воспитанием детей, ущемленные в своих правах российские родители практически не обращаются. Это якобы связано с защитой интересов ребенка, но фактически дело здесь вовсе не в интересах ребенка, а в судебной практике, которая на сегодняшний день в России такова: определение места жительства ребенка практически полностью означает «полноправие» одного родителя и «бесправие» другого.

Следовательно, при рассмотрении судом исков, связанных со спорами о праве на определение места жительства детей, а также о праве на их воспитание, возникает много нерешенных проблем как материально-правового, так и гражданско-процессуального характера. Первые требуют уточнений содержания ряда статей СК РФ, вторые — расширения текста Закона об исполнительном производстве за счет дополнения его положениями, определяющими порядок исполнения судебных решений по делам данной категории, имеющим свою специфику. Вместе с тем назрела необходимость разработки инструктивно-методических указаний по вопросам, возникающим в правоприменительной практике. Такой подход обусловлен сложностью рассмотрения дел данной категории, а также затруднениями, возникающими у судебных приставов при исполнении судебных решений по спорам о праве на воспитание детей.

 

Библиография

1 См.: Обзор деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2009 г. // Российская юстиция. 2010. № 7. С. 66, 71.

2 См.: Прокофьев В. Захарова не дошла до суда // Российская газета. 2011. 28 янв. С. 8.

3 См.: Послание Президента РФ Д.А. Медведева Федеральному собранию РФ от 30 ноября 2010 г. // Парламентская газета. 2010. 3 дек. № 63.

4 См.: Трубников П.Я. Судебное разбирательство гражданских дел отдельных категорий: Учеб. пособие. — М., 2001. С. 63.

5 См.: Старосельцева М.М. Осуществление защиты родительских прав по семейному законодательству Российской Федерации: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2009. С. 146.

6 См.: Нечаева А. Исполнение решений суда по делам, связанным с воспитанием детей // Российская юстиция. 1998. № 5. С. 36.

7 См.: Иванова С.А. Исполнение судебных решений, связанных со спорами о детях // Советская юстиция. 1965. № 6. С. 17.

8 См.: Богатырев Н.И. Судопроизводство по делам об отобрании детей у родителей без лишения родительских прав: Дис. … канд. юрид. наук. — Саратов, 1989. С. 167.

9 См.: Заворотько П.П. Охрана прав граждан в стадии исполнения судебных решений: Дис. … канд. юрид. наук. — К., 1956. Глава II.

10 См.: Нечаева А. Указ. ст. С. 36.

11 См.: Федосеева Г.Ю. Неправовая сторона брачно-семейных отношений и учет международного характера при рассмотрении дел об определении места жительства ребенка // Lex Russica. 2004. № 4. С. 1019.

12 Фомина Е.А. Споры о праве на воспитание детей: материально-правовые и процессуально-правовые проблемы: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 2004. С. 111.

13  См.: Евдокимова Т.П. Судебные споры о детях: Дис. … канд. юрид. наук. — М., 1977. С. 173.