УДК 347.191.4
 
О.Н. КОНДРАТЬЕВА,
аспирант кафедры гражданского права Дальневосточного государственного университета, старший юрисконсульт ОАО ТУРНИФ, г. Владивосток
 
Статья посвящена  определению правового положения органов управления хозяйственных обществ и статуса их решений. Интерес к данной теме обусловлен тем, что органы управления, являясь инструментом, посредством которого организации участвуют в хозяйственном обороте, не являются субъектами гражданского права, а их действия не признаются сделками.
Ключевые слова: органы управления, управление хозяйственными обществами, хозяйственные общества, управление.
 
This article is devoted consideration to the question of definition of a legal status of corporate management boards of legal entities and the status of their decisions. The cause of interest to this question is that corporate management boards are the important tools by which the legal entities realize the activity, but they are not subjects of civil law, and their decisions are not accepted as transactions.
Keywords: corporate management boards, management of legal entities, legal entities, management.
 
Органы юридического лица не являются новым явлением в цивилистике. Вопрос об их положении в правовой сфере возник одновременно с появлением самих юридических лиц. Сегодня немало научных исследований посвящено определению правовой природы и места органов юридического лица, однако общепринятой концепции не существует.
Юридические лица в хозяйственном обороте действуют посредством своих органов, состоящих из физических лиц. Функции единоличного исполнительного органа могут быть переданы управляющему — физическому лицу или управляющей компании, которая, являясь юридическим лицом, действует посредством своих органов, представленных по-прежнему физическими лицами. Таким образом, как создание, так и деятельность юридического лица обусловлены деятельностью людей, как самих по себе, так и входящих в состав другой организации. Граждане, являясь самостоятельными при учреждении юридического лица, становясь частью организационной структуры, утрачивают признак самостоятельности в силу того, что при принятии решений и проведении их в жизнь они должны руководствоваться не собственными желаниями, а интересами организации, обусловленными целями ее создания. Такая двойственность является причиной неразрешенности вопроса о месте органа юридического лица в системе гражданско-правового регулирования.
Целью настоящей работы является определение места органов управления в системе гражданско-правового регулирования на основе анализа и обобщения существующих научных подходов и собственных рассуждений.
В абзаце втором п. 1 ст. 2 ГК РФ законодатель закрепил закрытый перечень участников гражданско-правовых отношений, включив в него граждан и юридических лиц. Публично-правовые образования не наделяются правосубъектностью, однако они вправе вступать в отношения, регулируемые гражданским законодательством.
Исходя их этого, включение иных лиц в перечень субъектов гражданского права представляется необоснованным. Данный вывод подтверждается также тем, что в абзаце первом п 1 ст. 2 ГК РФ перечислены необходимые и достаточные признаки субъекта (участника) гражданско-правовых отношений: равенство, автономия воли и имущественная самостоятельность. Органы юридического лица (волеобразующие и волеизъявляющие) принимают и проводят в жизнь решения в отношении имущества организации, при этом они ограничены предоставленными им в силу закона, устава и иных внутренних документов общества полномочиями, что подтверждает отсутствие у них определенных законодателем признаков субъекта гражданского права и не дает легальных оснований для причисления их к ряду участников гражданско-правовых отношений. Изложенная позиция согласуется с мнением ученых, что: «Подлинным и действительным участником всех правоотношений является само юридическое лицо»[1]; «Орган — это та часть целого, в которой проявляется деятельность целого»[2]; «Признавая существование юридического лица, законодательство определяет известные органы, через которые действует юридическое лицо»[3]; «Органы юридического лица являются его составной частью, … по сути, «олицетворяют» саму корпорацию как юридическое лицо»[4].
Изложенное позволяет сделать вывод, что орган юридического лица является неправосубъектным в системе гражданско-правового регулирования. Данный признак отличает органы юридического лица от управляющих компаний, которые являются правосубъектными юридическими лицами, осуществляющими управленческую деятельность в соответствии с договором или по иным основаниям.
В современной цивилистике ведутся оживленные дискуссии по вопросам определения места корпоративного права и корпоративных отношений. Корпоративное право регулирует отношения, возникающие внутри или в связи с корпорацией, с понятием которой следует определиться в первую очередь.
В справочной литературе «корпорация» (от лат. corporatio — объединение) — совокупность лиц, объединившихся для достижения общих целей, осуществления совместной деятельности и образующих самостоятельный субъект права — юридическое лицо»[5].
Исследователи определяют корпорацию как организацию, построенную на началах членства (участия), участники которой имеют определенные права в отношении ее имущества[6], или юридическое лицо, которое характеризуется фиксированным числом его участников (членов), обладающих известными корпоративными правами[7], при этом «корпорация» противопоставляется «учреждению»[8], создаваемому одним лицом.
В действующем законодательстве содержится понятие «государственная корпорация» — не имеющая членства некоммерческая организация, учрежденная Российской Федерацией на основе имущественного взноса и созданная для осуществления социальных, управленческих или иных общественно полезных функций[9]. Понятие «корпорация» в данном случае, расходясь с современными теоретическими подходами, согласуется с ранее высказываемым мнением, что корпорация как государственное учреждение представляет собой переходную ступень от центрального управления (правительства) к соединству (свободному соединению единичных лиц для достижения совокупными средствами свободноопределенной цели) и отнесением к их числу университетов, академий, советов присяжных, промышленных и торговых палат и пр.[10]. Также законодатель употребляет понятие «корпоративные образования», причисляя к их числу правосубъектные юридические лица[11].
Рассмотренные выше подходы позволяют прийти к заключению, что корпорация в большинстве случаев является не чем иным, как юридическим лицом, т. е. корпорация — это объединение лиц, действующих при создании, в процессе функционирования, а также прекращении вновь созданного объединения по правилам, определенным законом и самим объединением (внутренние, локальные нормы).
В отличие от понятия «корпорация», понятия «корпоративное право» и «корпоративные отношения» являются более дискуссионными.
В словаре корпоративное право определено как: 1) составная часть гражданского права, совокупность юридических норм, регулирующих правовой статус, порядок создания и деятельности хозяйственных обществ и товариществ; 2) система правил, установленных собственником или администрацией предприятия (коммерческой организации) и регулирующих различные внутрифирменные отношения[12].
По мнению исследователей, корпоративное право: 1) фокусируется на отношениях между акционерами и менеджерами, т.е. регулирует внутреннюю организацию корпорации[13];
2) институт предпринимательского права, представляющий собой совокупность норм или правил поведения, регулирующих на основе сочетания частных и публичных методов правового регулирования общественные отношения, связанные с образованием и деятельностью корпораций[14]; является структурным подразделением гражданского права (его подотраслью) и представляет собой совокупность норм гражданского права, регулирующих корпоративные отношения[15]; используется в литературе как собирательное понятие для ряда схожих по существу институтов (то, что в позитивном праве ассоциируется с законодательством о юридических лицах)[16]; набор правовых установлений, моделирующих подобные связи (корпоративные отношения — Примеч. О.К. ) в различных направлениях, однако неизменным всегда остается одно ядро — сама корпорация, ради существования которой соответствующие установления и отношения создаются и действуют[17].
В законодательстве корпоративное право определяется как: 1) нормы, регулирующие отношения внутри хозяйственных обществ: порядок создания, реорганизации, ликвидации, порядок выпуска ценных бумаг, порядок управления (включая процессы создания и функционирования органов) права участников, аффилированных лиц, совершение крупных сделок[18]; 2) совокупность норм, определяющих, в том числе, правовые последствия несоответствия уставного капитала размеру чистых активов[19].
Из-за отсутствия правовых оснований для иного вывода очевидно, что корпоративное право является частью гражданского права, что влечет распространение на участников корпоративных отношений норм и принципов гражданского права. Исходя из этого органы юридического лица не считаются субъектами корпоративных отношений, являющихся частью гражданско-правовых отношений и регулируемых нормами гражданского права, несмотря на их активную роль во внутренних отношениях  организации, что подтверждается выводами исследователей[20]. Таким образом, корпоративное право — совокупность норм (подотрасль гражданского права), регулирующих отношения, связанные с деятельностью корпорации (юридического лица) и определяющие порядок ее создания, управления, включая определение  прав участников (акционеров), реорганизации и ликвидации.
Верно ли приведенное выше определение, можно проверить, проанализировав понятия «корпоративные отношения». Из употребления законодателем и судебными органами терминов «корпоративное поведение»[21], «корпоративные конфликты»[22], «корпоративное управление»[23], «корпоративные нормы»[24], «спор корпоративного характера»[25] следует, что корпоративными признаются отношения: 1) возникающие внутри организации, касающиеся взаимодействия акционеров с исполнительными и иными органами организации, а также непосредственно осуществление действий самими органами управления; 2) отношения некой общности людей, объединенных профессиональными и иными признаками.
Исследователи дают следующие определения понятия «корпоративные отношения»:
1) гражданско-правовые отношения, отличные от отношений между работодателем и наемными работниками, складывающиеся между обществом и лицами, выполняющими функции его органов или входящими в его органы при осуществлении этих функций[26]; 2) отношения, возникающие между участником юридического лица и самим юридическим лицом по поводу такого участия[27]; 3) урегулированная нормами права юридическая связь членов корпорации и/или создаваемых ими органов корпорации, которая выражается в наличии субъективных прав и обязанностей, возникающих при управлении и ведении дел корпорации[28]; 4) отношения между участником (членом) юридического лица и самим юридическим лицом и ставит вопрос о возможности отнесения к данной категории отношения между юридическим лицом и директором[29].
В учебной литературе корпоративные правоотношения — урегулированные нормами права общественные отношения, возникающие в связи с созданием и деятельностью корпорации[30].
Следует признать, что корпоративные отношения действительно составляют предмет корпоративного права и представляют собой отношения, возникающие  в процессе создания, функционирования и прекращения деятельности определенной общности людей (в том числе юридических лиц), объединенных общими профессиональными, коммерческими и иными интересами, урегулированные как нормами законодательства, так и внутренними нормами, принятыми внутри сообщества.
Далее определим, что является органом юридического лица.
В справочной литературе орган (от греч. organon — орудие, инструмент) — «… структурное подразделение юридического лица, обладающее собственной, как правило, управленческой компетенцией, или физическое лицо, постоянно выполняющее в организации функции управленческого характера на основании ее устава или в силу закона»[31].
Исходя из нормы ст. 53 ГК РФ, органы юридического лица являются обязательными атрибутами организации, посредством которых (наряду с представителями) она вправе участвовать в хозяйственном обороте. Существует мнение, что наличие органов юридического лица не обязательно и их функции могут выполняться участниками юридического лица[32]. Изложенная позиция представляется необоснованной. Не называя полных товарищей в п. 2 ст. 53 ГК РФ органами полных или коммандитных товариществ, законодатель имел в виду ситуацию, когда участник (товарищество) одновременно соединяет в себе правомочия как участника, так и органа юридического лица. Таким образом, товарищи, действуя в интересах товарищества, выступают именно в качестве его органов, а не учредителей.
Кроме обязательности наличия органов, законодатель в ст. 53 ГК РФ определяет следующие его признаки:
1) органом может быть только лицо, т.е. субъект гражданского права (гражданин или юридическое лицо). Следует заметить, в случае исполнения обязанностей исполнительного органа управляющей компанией (юридическим лицом), органом управляющей компании будет опять-таки гражданин (физическое лицо). В итоге деятельность органа сводится к действиям физических лиц, которые прямо или опосредованно вступают в хозяйственные отношения;
2) деятельность органа регламентируется законом, иными правовыми актами и учредительными документами;
3) орган должен действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно;
4) орган обязан по требованию учредителей (участников) юридического лица возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.
В научной литературе мнения исследователей можно разделить на две группы.
Одна группа ученых (Н.О. Нерсесов, А.О. Гор-дон, П.И. Стучка, Г.В. Цепов) считает, что органы юридического лица являются представителями юридического лица, что явилось следствием приверженности теории фикции (олицетворения)[33]. Другая группа (О.С. Иоффе, И.Б. Новицкий, В.А. Рясенцев, Я.А. Куник, Б.Б. Черепахин) считает, что органы юридического лица являются частью юридического лица, что основано на реалистическом понимании сущности юридического лица[34]. Данный подход отражен в судебных актах, где указано, что «…орган юридического лица не является представителем последнего…»[35].
Отнесение органов управления к числу представителей юридического лица не имеет правового основания. Такое заблуждение могло стать следствием близости и смешения терминов «представитель» и «орган», а также двойственностью природы органа юридического лица, чьи действия неотделимы от действий самой организации, но в то же время члены органов управления — физические лица обладают своей собственной правоспособностью, которая является одной из характеристик представителя. Некоторые исследователи отмечают: «Орган деятельности называется иногда также представителем юридического лица, но его можно назвать представителем только в том смысле, что он составляет физическую сторону, тело юридического лица, с которым орган совершенно сливается»[36]. «Правовая природа органов управления юридического лица обусловлена, с одной стороны, процессами волеобразования и волеизъявления, с другой — представлением юридического лица вовне по отношению ко всем третьим лицам — участникам гражданского оборота. Причем указанное «представление» не
следует путать с одноименными отношениями представительства, урегулированными гл. 10 ГК РФ»[37].
Синтезируя приведенные выше позиции, современные исследователи относят гражданско-правовые отношения между юридическим лицом и лицами, выполняющими функции его органов, к корпоративному представительству[38], которое, однако, не отождествляют с представительством в классическом смысле.
Таким образом, действия органов управления являются действиями самого юридического лица, что определяет их несамостоятельность и невозможность отнесения отношений, складывающихся между ними (органами) и юридическим лицом, отношениям представительства. Орган юридического лица — обязательная, действующая в интересах юридического лица в соответствии с законом, внутренними актами или договором, организационно обособленная часть юридического лица, представленная гражданином, группой граждан или юридическим лицом.
Итак, юридические лица как участники гражданских правоотношений действуют посредством своих неправосубъектных органов, которые состоят из физических лиц, обладающих в свою очередь правосубъектностью, что рождает вопрос о том, являются ли действия органов юридических лиц сделками или нет.
По смыслу ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия только граждан и юридических лиц, что не позволяет отнести действия органов управления к числу сделок. Кроме того, в ст. 8 ГК РФ среди оснований возникновения гражданских прав и обязанностей действия органа управления не названы.
Существует мнение, что вследствие закрепления в ч. 3 ст. 53 ГК РФ требования о том, что органы управления должны действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, в случае, если органы в реальности не выражают интересов юридического лица и действуют ему вопреки, значит, их действия нельзя квалифицировать как действия органов управления, порождающие права и обязанности для организации[39].
Следует согласиться с мнением, что в ситуации, когда (физическое) лицо, выступающее в качестве органа, выходит за рамки своих полномочий ни воля, ни волеизъявление не приравниваются к воле органа, а следовательно, и самого юридического лица. Воля такого (физического) лица остается лишь волей физического лица, соответственно и акт волеизъявления, выражения воли вовне, по общему правилу не должен ввязывать само юридическое лицо[40].
Исследователи относят решения органов управления к корпоративным актам или корпоративным сделкам[41], которые не являются ни сделками, ни индивидуальными (ненормативными) актами[42]и являются действием (волеизъявлением) единственного учредителя, органа юридического лица, либо волеизъявлением общего собрания учредителей (участников), совершенным в соответствии с законом и учредительными документами данного юридического лица и направленным на установление, изменение или прекращение корпоративного отношения[43].
Пленум ВАС РФ разъяснил, что решения органов управления могут быть признаны недействительными. Существует мнение, что Пленум ВАС РФ таким образом отказал в при-
знании за актами органов управления статуса сделок, так как не установил последствий недействительности такого решения[44].
На основании изложенного можно сделать следующие выводы.
Органы юридического лица являются обязательным атрибутом любой организации. Несмотря на значительную роль в хозяйственных отношениях (можно сравнить их с головой и руками организационного организма), органы не являются самостоятельными субъектами гражданского права.
Отнесение органов управления к субъектам корпоративных отношений, регулируемых корпоративным правом, обоснованно в силу того, что органы занимают специфическое положение и полномочия в процессе деятельности юридических лиц. В то же время такое признание не делает более определенным их статус в силу того, что корпоративное право является частью гражданского права, а состав участников гражданско-правовых отношений ограничен гражданами и юридическими лицами.
Аналогичные доводы не позволяют отнести акты органов управления к числу сделок, а отнесение их к корпоративным актам не вносит должной ясности.
Полагаем, что ответы на указанные вопросы могут быть получены только путем внесения изменений в законодательство в части возможного расширения круга субъектов гражданского права, а также оснований возникновения гражданских прав и обязанностей.
 
Библиография
1 См.: Черепахин Б.Б. Волеобразование и волеизъявление юридического лица // Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. — М., 2001. С. 36.
2 См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. — М., 1950. С. 201, 204.
3 См.: Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. — М., 2003. С. 144—145.
4 См.: Корпоративное право: Учеб. / Под ред. И.С. Шиткиной. — М., 2007. С. 21.
5 См.: Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь. — М., 2006.
6 См.: Гражданское право: Учеб. В 2 т. Т. 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд., перераб. и доп. — М., 1998. С. 29, 103.
7 См.: Рожкова М.А. Корпоративные отношения и возникающие из них споры // Вестник ВАС. 2005. № 9. С. 137.
8 См.: Гражданское право: Общая часть: Учеб. /Под ред. В.А.Белова. — М., 2002. С. 117; Рожкова М.А. Корпоративные отношения и возникающие из них споры // Вестник ВАС. 2005. № 9. С. 136.
9 Федеральный закон РФ от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» (ч. 1 ст. 7.1).
10 См.: Тарасов И.Т. Учение об акционерных компаниях. — М., 2000. С. 67—68.
11 Налоговый кодекс РФ (п. 2 ст. 11).
12 См.: Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь.
13 См.: Alan R. Palmiter Corporations: examples and explanations/USA, Aspen Publishers. P. 5.
14 См.: Корпоративное право: Учеб. / Под ред. И.С. Шиткиной. С. 1.
15  См.: Бушев А.Ю., Попондопуло В.Ф. Корпоративное право: проблемы науки и практики. http://www.kadis.ru/daily/?id=24767 (Дата обращения 01.03.2009).
16 См.: Степанов Д.И. Еще раз о природе полномочий исполнительного органа и управляющего хозяйственным обществом // Вестник ВАС. № 8. 2006. С. 38.
17 См.: Степанов Д.И. От субъекта ответственности к природе корпоративных отношений //  Вестник ВАС. № 1. 2009. С. 40.
18 Глава 7 Программы базового квалификационного экзамена для специалистов финансового рынка, утв. Приказом ФСФР РФ от 05.04.2007 N 07-40/пз-н.
19 Распоряжение Правительства РФ от 01.06.2006 № 793-р «Стратегия развития финансового рынка на 2006—2008 годы».
20 См.: Корпоративное право: Учеб. / Под редакцией И.С. Шиткиной. С. 21.
21 См.: Кодекс корпоративного поведения от 05.04.2002, рекомендован Распоряжением ФКЦБ РФ от 04.04.2002 № 421/р.
22 См. там же.
23 См.: пункт 1 Письма ЦБ РФ от 13.09.2005 № 119-Т «О современных подходах к организации корпоративного управления в кредитных организациях».
24 См.: определение Конституционного суда РФ от 25.03.2008 № 200-О-О «О прекращении производства по делу о проверке конституционности абзаца второго пункта 2 статьи 26 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» и Кодекса чести судьи Российской Федерации в связи с жалобой гражданки О.К. Вивтюк»; постановление Конституционного суда РФ от 28.02.2008 № 3-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 6.1 и 12.1 закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» и статей 21, 22 и 26 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» в связи с жалобами граждан Г.Н. Белюсовой, Г.И. Зиминой, Х.Б. Саркитова, С.В. Семак и А.А. Филатовой».
25 См.: определение Верховного суда РФ от 19.08.2005 по делу № 78-В05-31.
26 См.: Маковская А.А. Основание и размер ответственности руководителей акционерного общества за причиненные обществу убытки // Убытки и практика их возмещения: Сб. статей / Отв. редактор М.А. Рожкова. — М., 2006. С. 335.
27 См.: Степанов Д.И. От субъекта ответственности к природе корпоративных отношений // Вестник ВАС РФ. 2009. № 1. С. 25.
28 См.: Рожкова М.А. Корпоративные отношения и возникающие из них споры // Вестник ВАС. 2005. № 9. С. 34.
29 См.: Богатырев Ф.О. Ответственность директора за убытки, причиненные хозяйственному обществу // Убытки и практика их возмещения: Сб. статей / Отв. редактор М.А Рожкова. — М.:, 2006. С. 375.
30 См.: Корпоративное право: Учеб. / Под ред. И.С. Шиткиной. С. 1.
31 См.: Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия / Под ред. М.Ю. Тихомирова. — М., 1997. С. 291.
32 См.: Гражданское право: Учеб.: В 3 т. Т. 1 / Под ред. А.П. Сергеева. — М., 2008. С. 209.
33 См.: Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица. — М., 2005. С. 322.
34 См. там же.
35 См.: постановления Президиума ВАС РФ от 09.02.1999 № 6164/98, от 30.05.2000 № 9507/99.
36 См.: Мейер Д.И. Русское гражданское право. — М., 2000. С. 144.
37 См.: Сергеев А., Терещенко Т., Игнатенко А., Кирдяшкин Д.  Некоторые аспекты разграничения компетенции органов управления акционерного общества // Хозяйство и право. 2005. № 7. С. 78.
38 См.: Козлова Н.В. указ. соч. С. 352.
39 См.: Чернышов Г.П. Оспаривание сделок, совершенных с явным ущербом для акционерного общества // Корпоративные споры. 2006. № 5. С. 104.
40 См.: Степанов Д.И. Еще раз о природе полномочий исполнительного органа и управляющего хозяйственным обществом // Вестник ВАС РФ. 2006. № 8. С. 43.
41 См.: Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных органах. — М., 2008. С. 447; Козлова Н.В. Указ. соч. С. 383.
42 См.: Козлова Н.В. Там же.
43 См.: Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица // Законодательство, 2003. № 12.; 2004. № 1.
44 См.: постановление Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» (пункты 24—27).