Страницы в журнале: 3-7

 

В.П. КАМЫШАНСКИЙ,

доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой гражданского права Кубанского государственного аграрного университета, почетный работник высшего образования Российской Федерации

 

Анализируя современные тенденции реформирования системы образования в России, автор высказывает ряд критических замечаний и конструктивных предложений, направленных на повышение качества юридического образования.

Ключевые слова:  качество образования, система образования, юридическое образование.

 

What must legal education be?

 

Analysing the modern tendencies of reformation of the system of education in Russia, an author offers the row of critical remarks and structural suggestions, sent to upgrading of legal education.

Keywords:  quality of education, system of education, legal education.

 

Проблема качества юридического образования в России в последние годы стала одной из наиболее обсуждаемых не только в юридической литературе, но и в иных изданиях, профессионально занимающихся проблемами образования. Это отчасти вызвано и достаточно определенно обозначенной позицией Президента РФ еще в период его предвыборной кампании. Д.А. Медведев констатировал «закритично высокое» количество юристов в стране, которые,  будучи «не до конца грамотными», создают «очень серьезный негативный эффект для всей нашей страны»[2].

Проблема действительно существует, и ее необходимо решать. От этого в значительной степени будет зависеть успех или неуспех целого ряда государственных программ, в том числе и реформа судебной системы, результативность борьбы с коррупцией, поразившей все структуры нашего общества, инвестиционная привлекательность российской экономики и многое другое.

Вновь взяться за перо и поучаствовать в дискуссии по этой проблеме побудила меня статья судьи Конституционного суда РФ доктора юридических наук Н.С. Бондаря «Правовая грамота», опубликованная в Российской  газете 17 декабря 2009 г.

Значительная часть публикаций, посвященных проблемам качества юридического образования, сводится к констатации фактов такого рода: слишком много студентов обучаются на юристов, не в тех вузах учим, не так учим, как надо. Что же предлагается? Значительно сократить число студентов юридических вузов, ликвидировать юридические факультеты в непрофильных вузах, сосредоточив подготовку юристов в так называемых классических университетах. Внедрение двухуровневой подготовки юристов посредством замены специалитета бакалавриатом и магистратурой рассматривается Министерством образования и науки РФ  как новый значительный шаг на пути повышения качества подготовки юристов высшей квалификации.

Вполне разделяю мнение профессора Н.С. Бондаря, который совершенно справедливо считает, что  «об ощутимых же результатах говорить пока, пожалуй, преждевременно»[3].

По данным Рособрнадзора, подготовку юридических кадров в России в настоящее время осуществляют 1211 высших образовательных учреждений, а на весь СССР юристов готовили только 52 вуза[4]. Много это или мало? Ответить на этот вопрос можно, только имея реальную картину потребности нашего общества в специалистах с высшим юридическим образованием. В их число должны входить не только судьи, следователи, адвокаты и прокуроры, но и судебные приставы, а также специалисты иных должностей, которые могут занимать исключительно лица с юридическим образованием. Приватизация государственного имущества, возрождение многоукладной рыночной экономики, появление тысяч хозяйственных обществ, товариществ, холдингов и корпораций, сменивших государственные предприятия, активизация в стране внешнеэкономической деятельности способствовали возникновению многочисленных юридических служб, риэлторских фирм, нуждающихся в юридических кадрах. В России были созданы четырехуровневая система арбитражных судов и служба судебных приставов с многочисленным обслуживающим аппаратом. Правовые управления и отделы появились практически во всех органах государственной власти и управления. И везде потребовались юристы высокой квалификации.

Мы не можем снимать со счетов и желание россиян получить второе высшее юридическое образование для того, чтобы лучше знать свои права и уметь реализовывать их на практике. Это образование они получают не за счет государства, а за свои заработанные деньги. Многолетний опыт преподавания дает основания утверждать, что именно данная категория студентов в учебном процессе является наиболее ответственной и взыскательной. Только наличие правовой грамотности и правовой культуры россиян делает возможным последовательное движение вперед к построению правового государства.

Кроме того, нет секрета в том, что немало студентов-очников экономических и юридических факультетов параллельно получают соответственно юридическое или экономическое образование. Что в этом плохого? Нас беспокоит, что на работу придут юристы с низким уровнем подготовки? Однако эту проблему вполне можно решить посредством принятия квалификационного экзамена у претендента на должность, как это делается, например,  в отношении будущих судей. 

Следует согласиться с Н.С. Бондарем в том, что некоторые появившиеся в России после развала СССР «новоиспеченные “юридические” вузы» не имеют надлежащей интеллектуальной и профессиональной основы[5]. Это обстоятельство не может не сказываться на качестве подготовки юристов.

Что же делать? Как известно, для этого и создан Рособрнадзор, который  обязан контролировать качество образовательной деятельности. Если итоги аттестации и государственной аккредитации не соответствуют фактическому положению дел в вузе, никто не мешает государству, заинтересованному в качестве юридического образования, в лице компетентных органов отзывать лицензию на осуществление образовательной деятельности и ставить вопрос об объективности государственной комиссии при осуществлении проверки с последующими оргвыводами. Пока, к сожалению, энергия многих борцов за качество юридического образования направлена против вузов, имеющих полученную в установленном законом порядке аккредитацию и аттестацию, а не против тех, кто обязан закрывать юридические факультеты и вузы, не отвечающие установленным требованиям.

При оценке качества образования в юридических вузах используются такие негативные эпитеты, как «непрофильные», «милицейские», «узковедомственные», «новоиспеченные», «негосударственные» учебные заведения. Им в противовес выставляются «классические университеты», «классическое университетское юридическое образование», «правоведы университетского уровня». При этом «за кадром» остаются конкретные показатели, по которым можно усмотреть, а за счет чего так называемый  классический университет ушел далеко вперед в рейтинге по сравнению со всеми остальными. Как нам представляется, на сайте Минобрнауки России пора разместить рейтинг всех 1211 юридических вузов страны. Для того чтобы двигаться вперед, надо знать для начала не только, «кто мы», но и «где мы находимся». При определении системы координат следует взять за основу уже существующие системы оценок вузов в странах Западной Европы и США, что позволит выявить истинную картину положения дел в юридическом образовании и облегчит абитуриентам поиск достойного вуза.

Повышение качества подготовки юристов, конечно, повлечет за собой сокращение количества вузов. Вместе с тем совершенно очевидно, что 52 вуза, обеспечивавших в недалеком прошлом подготовку юристов на весь Советский Союз, с этой задачей не справятся. Нельзя забывать, что в советский период для успешного карьерного роста по партийной линии от секретаря первичной партийной организации до первого секретаря обкома или секретаря ЦК КПСС требовался прежде всего опыт хозяйственной работы по специальности после окончания вуза (инженером, агрономом, зоотехником, прорабом и т. п.). Юридическое образование номенклатурных работников не котировалось и даже создавало определенные препятствия для карьерного роста в силу приоритетности для партийных работников инженерных профессий. Именно поэтому свыше 64% всех юридических кадров работали в то время в правоохранительных органах[6].

В современной России многое изменилось. Появилась частная собственность, множество новых государственных структур. Численность государственного аппарата не сократилась, а даже выросла. При этом значительная часть государственных служащих по новым требованиям должны иметь юридическое образование. Совершенно очевидно, что по сравнению с советским периодом развития нашего государства потребность в юридических кадрах многократно возросла.

Качество обучения во многом зависит от Учителя, его профессионального мастерства, общего уровня культуры и гражданской позиции. Роль Учителя в высшей школе всегда была велика. Исторически общество относилось к нему с особым уважением и симпатией. Эта профессия была почетной и престижной на Руси. Учителю создавали все условия для того, чтобы он мог полностью отдаваться главному — нести знания людям. Это была достаточно обеспеченная в материальном плане часть общества. Так было в дореволюционной России, так было и при советской власти, когда доктор юридических наук, профессор получал заработную плату на уровне первого секретаря обкома КПСС, а кандидат юридических наук, доцент был приравнен по заработной плате к первому секретарю райкома КПСС.

К сожалению, этого нельзя сказать про современный период. Сегодня бюджетная ставка заработной платы доктора юридических наук, профессора заведующего кафедрой без доплаты за ученую степень составляет 9870 руб., что даже не тянет на заработную плату секретаря в приемной губернатора. Замена в ст. 30 Федерального закона от 22.08.1996 № 125-ФЗ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» размера надбавки за ученую степень доктора наук и кандидата наук с кратности минимальных размеров на фиксированную сумму, не подлежащую индексации с учетом инфляции, привела в значительной степени к утрате ее стимулирующей роли. Уже который год ученые получают за степень доктора наук 7 тыс. руб., а кандидата наук — 3 тыс. руб., а могли бы получать согласно первоначальной редакции названного федерального закона соответственно 21 500 и 12 600 руб. (из расчета МРОТ — 4300 руб.). 

Если мы действительно хотим повысить качество юридического образования, то должны повысить престиж Учителя, сделать эту профессию привлекательной и почетной. Она должна стать мечтой для талантливой молодежи. Тогда у нашей страны вновь появится будущее. Без этого наиболее талантливые выпускники юридических факультетов будут и дальше после окончания вуза идти на работу в юридические службы нефтегазодобывающих компаний, администрации районов, городов, краев, областей и республик, в риэлторские компании, ФСБ, суды, прокуратуру и адвокатуру, в нотариальные конторы.

А кто же будет учить?

Качественная подготовка юристов предполагает наличие надлежащей учебно-материальной базы, методическое обеспечение учебного процесса, богатые библиотечные фонды, многочисленную периодику в читальных залах, доступный Интернет, обеспеченность добротными учебниками, использование в учебном процессе мультимедийных технологий и т. д. Все это предполагает значительные финансовые затраты, которые вуз либо не может нести в полном объеме, либо не считает нужным заниматься этим должным образом. Здесь для начала необходима государственная поддержка тем вузам, которые по рейтингу находятся в верхней части списка и уже доказали свою состоятельность в деле подготовки юридических кадров.

Качество подготовки юристов в значительной мере зависит и от системы оценки участия студентов в учебном процессе. Если эта оценка строится исключительно на ответе студента на зачете или экзамене один раз в полугодие в период сессии, то велика вероятность того, что часть студентов (как правило, далеко не самая лучшая) попытаются решить эту проблему через личные контакты непосредственно с преподавателем либо через уважаемых преподавателем лиц, в том числе и наделенных определенными властными полномочиями. Вероятность такого способа решения вопроса многократно снижается, если оценка знаний студента в течение семестра уже будет сформирована к началу сессии. Для этого очень важно определиться с системой критериев, стимулирующих добросовестное отношение студента к учебе. Система полученных баллов должна содержать комплексную оценку, включающую оценки посещаемости лекций, семинарских и практических занятий, успеваемости в течение семестра, самостоятельной подготовки (написание рефератов, докладов, обобщение судебной практики и т. п.), участия в олимпиадах, конференциях, подготовки и публикации научных статей и т. д. Таким образом будет устранена экономическая основа для коррупции, в последние годы прочно обосновавшейся в учебных заведениях.

Нельзя не согласиться с Н.С. Бондарем и в том, что «государственная политика в сфере реформирования юридического образования должна быть конституционно выверенной, последовательной и системной, проводиться с опорой на национальные традиции высшей школы и в полной мере учитывать передовой зарубежный опыт»[7]. Для того, чтобы использовать этот опыт, его надо изучить, что предполагает и знание иностранных языков, и обязательные стажировки в ведущих юридических университетах мира, и привлечение к учебному процессу иностранной профессуры, и межвузовский обмен студентами. Поскольку кафедра в вузе является ключевой структурной единицей, обеспечивающей подготовку юристов, внедрение передовых приемов и методов обучения, знание иностранного языка преподавателями становится насущной необходимостью. Это обстоятельство должно получить отражение в квалификационных требованиях к преподавателям юридических вузов и в достойной доплате к их основному заработку.

Университеты и их юридические факультеты традиционно рассматривались в России как главные поставщики кадров высшей квалификации для государственной и хозяйственной службы[8].  Государство выделяло необходимые средства для финансирования университетов. Соответственно юристы учились за государственный счет. Однако в современной России потребность в юридических кадрах обеспечивается даже в государственных вузах не за счет государства, а в значительной мере за счет средств студентов на основании договора оказания образовательных услуг. Складывается парадоксальная ситуация: потребность государства в юристах не снижается, а количество бюджетных мест в юридических вузах сокращается. Таким образом, государство за счет граждан пытается решить проблему обеспечения юридическими кадрами органов государственной власти и управления. Одновременно в лице Президента РФ оно заявляет о «закритично высоком» количестве юристов в стране.

Такая позиция представляется не вполне логичной, в том числе и применительно к проблеме качества подготовки юристов. Ни для кого не секрет, что бюджетное недофинансирование государственных образовательных учреждений компенсируется отчасти за счет заработанных вузом денег от так называемых договорников. Полученные средства позволяют укреплять учебно-материальную базу вузов, пополнять библиотечный фонд, в некоторых вузах дополнительно к бюджетной заработной плате труд преподавателей стимулируется различными надбавками. По существу, ректор оказывается в финансовой зависимости от студентов, обучающихся на договорных началах. Исключение таких студентов за неуспеваемость влечет за собой ухудшение материального положения вуза. В этой связи стабильное и полноценное финансирование государством обучения студентов в юридических вузах с учетом потребностей государства, несомненно, позитивно скажется на качестве подготовки юристов.

Не могу не высказаться относительно собственного видения будущей модели юриста как специалиста с высшим образованием. В советский период основная часть выпускаемых юристов была востребована правоохранительными органами, а не сферой экономики и управления. В этом нет ничего удивительного, поскольку 95% основных производственных фондов находилось в собственности государства и экономические отношения в подавляющей своей части носили планово-распорядительный (публичный) характер. Участники производственных отношений не имели собственного имущества, поэтому не могли нести гражданско-правовую ответственность по своим обязательствам. Ответственность государства как собственника носила ограниченный характер, и приходилось довольствоваться уголовной, административной, партийной  и дисциплинарной ответственностью, чего вполне было достаточно для обеспечения надлежащего правопорядка в обществе.

С началом преобразований нашей экономики в 1990-х годах стала ощущаться острая нехватка юристов-рыночников. Востребованными оказались специалисты в области рынка недвижимости, корпоративного права, интеллектуальной собственности, вследствие чего наиболее востребованной в юридических вузах стала гражданско-правовая специализация, которая существенно потеснила уголовно-правовую и государственно-правовую. Это вполне адекватная реакция юридического образования на вызов времени.

Совершенно очевидно, что любые существенные перемены в обществе, в том числе и в сфере юридического образования, не могут получать единодушного и однозначного одобрения. В этой связи представляется интересной позиция Н.С. Бондаря, считающего, что «цивилистическая модель неизбежно базируется в своей основе на приоритете частноправовых ценностей, что ведет к дисбалансу в квалификационных характеристиках будущего юриста между частными и публичными ценностно-правовыми началами»[9]. Выход из этой ситуации предлагается искать в переходе к конституционной модели юриста, «что должно стать одной из фундаментальных задач современного реформирования юридического образования»[10].

Для того чтобы определить свое отношение к данной позиции, следует иметь четкое представление о том, что именно мы понимаем под балансом квалификационной характеристики юриста? Что следует понимать под предлагаемым Н.С. Бондарем явлением «конституционализация всего учебного процесса юридических вузов»?

Предположим, что под конституционно-правовой составляющей в системе юридического образования следует понимать утонченность подходов к преподаванию конституционного права, обеспечение гармонизации взаимосвязи и взаимообусловленности этого процесса, основанной на использовании собственной богатой правовой традиции при формировании конституционных идеалов нашего Отечества. Такой подход абсолютно приемлем при подготовке юристов любой специализации, в том числе и для «некоей рыночно-цивилистической, предпринимательской модели юридического образования», под которой в вузах обычно принято понимать гражданско-правовую специализацию.

Проблемам соотношения публичных и частных интересов в науке гражданского права всегда уделялось значительное внимание. Их решению посвящены десятки и даже, пожалуй, сотни диссертаций. Ни о какой доминанте частных по отношению к публичным ценностно-правовым началам не может быть и речи. Только гармонизация, всесторонний учет объективно обусловленных и социально значимых потребностей отдельно взятого человека и общества в целом могут привести к обществу, в котором благо народа будет высшим законом. В этом непростом и достаточно длительном процессе всем юристам хватит работы, в том числе в правоохранительной сфере, сфере правового обеспечения рынка товаров, работ и услуг, и, конечно же, будут востребованы и конституционалисты.

Для того чтобы обеспечить этот процесс организационно, необходимо создать определенные центры юридической мысли, объединяющие в своих рядах единомышленников-профессионалов высокого уровня. Для изучения конституционных проблем вполне логично создать Центр современного конституционализма и разместить его в Санкт-Петербурге — по месту работы Конституционного суда РФ — с последующим открытием филиала в Москве. И это — только начало. Надо признать, что в России юридическая наука в значительной мере сосредоточена в вузах, готовящих юристов. Немногочисленные научно-исследовательские институты, занимающиеся проблемами права и государства, сосредоточены в Москве, чего явно недостаточно хотя бы потому, что законотворчеством у нас в России в соответствии с Конституцией РФ уже второй десяток лет занимаются субъекты Российской Федерации. Это означает, что назрела необходимость создания в каждом федеральном округе научно-исследовательского института, изучающего проблемы права.

В Краснодаре, например, в августе 2009 года создан Северо-Кавказский научно-исследовательский институт актуальных проблем современного права. В качестве основных уставных целей НИИ обозначены: формирование правовой культуры граждан и предпринимателей; повышение престижа юридических профессий, воспитание юристов в духе неукоснительного соблюдения положений закона и норм профессиональной этики; содействие укреплению связей между юридической наукой, образованием и правоприменительной практикой;  участие совместно с другими организациями в подготовке и проведении конгрессов, конференций, семинаров, круглых столов, творческих дискуссий по актуальным проблемам современного права; осуществление мониторинга уровня квалификации юристов, потребностей в юридических профессиях и выработка путей повышения качества подготовки юристов; привлечение и участие юридической общественности в правовых, гуманитарных и иных проектах и программах. Деятельность НИИ уже начинает наполняться определенным содержанием: учрежден журнал «Власть Закона», издано три монографии из серии «Молодые ученые России и стран СНГ», готовятся к изданию две монографии из серии «Золотой фонд юридической науки. 21 век», начинают работать творческие лаборатории по отдельным актуальным проблемам гражданского права, создаются новые рабочие места для юристов.

 

Библиография

1 См. также:  Камышанский В.П. В России всегда было две беды… Сегодня — это юристы и экономисты // Труды Кубан.  гос.  аграр. ун-та. Сер. Право. 2008. № 1; Его же. О качестве  юридического образования и количестве юристов в России // Новая правовая мысль. 2008. № 5; Его же. О профильном юридическом образовании и непрофильных вузах в России // Актуальные проблемы права и правоприменительной деятельности на Северном Кавказе: Материалы регион. науч.-практ. конф. (18—19 сентября 2008 г.). Новороссийский филиал Краснодарского университета МВД России. — Краснодар, 2009.

2 Цит. по: Бондарь Н. Правовая грамота // Российская газета.  2009. 17 дек. № 243.

3 Там же.

4 Там же.

5 См.: Бондарь Н. Указ. ст.

6 См.: Бондарь Н. Указ. ст.

7 Бондарь Н. Указ. ст.

8 Там же.

9 Бондарь Н. Указ. ст.

10 Там же.