УДК 343.139 

Страницы в журнале: 116-119

 

А.А. ВАСЯЕВ,

кандидат юридических наук, адвокат Адвокатской палаты г. Москвы,

 

М.В. ПАЛЬЧИКОВА,

аспирант кафедры уголовного процесса, правосудия и прокурорского надзора Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева

 

Статья 259 УПК РФ предусматривает при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции обязательное ведение протокола судебного заседания, в котором должны быть точно отражены все действия суда в том порядке, в каком они имели место на протяжении всего судебного разбирательства, а также подробное содержание показаний допрашиваемых лиц, выступление сторон в прениях и прочие обстоятельства, содержание которых определено в частях 3 и 4 указанной статьи. Однако практика изучения уголовных дел свидетельствует, что требования к форме и содержанию протокола судебного заседания как доказательству не соблюдается.

Ключевые слова: протокол судебного заседания, срок изготовления протокола судебного заседания, доказательство, секретарь судебного разбирательства, видеозапись.

 

The record of judicial proceeding is it proof?

 

Vasyaev А., Palchikova М.

 

Article 259 of Code of Criminal Procedure of the Russian Federation provides in a court’s of first instance proceeding obligatory keeping of the minutes of a session of the court in which all actions of court in that order in what they took place throughout all proceeding should be precisely reflected, and also the detailed contents of evidences of interrogated persons, performance of the parties in debate and the other circumstances, which contents is determined in part 3, 4 indicated norms of the law. However practice of studying of criminal cases testifies that requirements to a form and content of the record of judicial proceeding as to the proof, it is not observed.

Keywords: record of judicial proceeding, term of making record of judicial proceeding, proof, secretary of court examination, videotape recording.

 

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 74 УПК РФ протоколы судебных действий являются доказательствами. Следует понимать, однако, что в целом протокол судебного заседания не устанавливает обстоятельств, подлежащих доказыванию (статьи 73 и 74 УПК РФ), и не является тем сведением, на основе которого эти обстоятельства могут быть установлены. Протокол судебного заседания — единственный документ, который подтверждает факт непосредственного исследования доказательств, мнения сторон относительно доказательств, принятого решения суда по исследованным доказательствам и др. Протокол судебного заседания приобретает особое значение как «сложная система различных доказательств и их совокупностей, объединенных единой процессуальной формой»[1]. Протокол судебного заседания — это форма закрепления непосредственно исследованных в суде доказательств, при этом он является доказательством другого порядка, нежели аргументы в обоснование или опровержение обвинительного тезиса, указанные в ч. 2 ст. 74 УПК РФ. Если протоколы следственных действий фиксируют единичные процессуальные акты, то протокол судебного разбирательства — это всегда совокупность разнообразных судебных действий, которые в целом ничего, кроме факта, происходящего в суде, не доказывают. Протокол следственных действий — это всегда субъективно составленный следователем (дознавателем) процессуальный акт, протокол же судебного заседания — априори объективное закрепление исследования доказательств в одном акте незаинтересованным участником уголовного судопроизводства (секретарем судебного заседания). Поэтому протоколы судебных действий следует отличать от всех видов доказательств, указанных в ч. 2 ст. 74 УПК РФ, в части их назначения и использования в доказывании.

Так, протокол предварительного слушания будет являться доказательством в случае обжалования решений о прекращении уголовного дела, о приостановлении производства по делу, о направлении уголовного дела по подсудности, о назначении судебного заседания в части разрешения вопроса о мере пресечения (ч. 7 ст. 236 УПК РФ).

В одном из дел протокол предварительного слушания послужил доказательством при обжаловании постановления суда об изменении меры пресечения и приостановлении производства по уголовному делу. В порядке предварительного слушания суд вынес постановление о приостановлении производства по уголовному делу. Меру пресечения в отношении К. — подписку о невыезде — изменил на содержание под стражей и объявил К. в розыск. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ отменила данное постановление суда, указав следующее. В соответствии с ч. 3 ст. 234 УПК РФ проведение предварительного слушания без участия обвиняемого (без его ходатайства об этом) не допускается. В материалах дела отсутствуют сведения о том, что К. была надлежащим образом извещена о проведении предварительного слушания по делу. Из протокола судебного заседания видно, что стороны настаивали на том, что необходимо отложить проведение предварительного слушания, повторить вызов в суд К., выяснить причину ее неявки в суд. Решая вопрос об изменении меры пресечения в отношении К. и объявлении ее в розыск, суд сослался на то, что К. скрывается от суда и место ее пребывания неизвестно. Между тем такие выводы суд сделал без достаточных оснований. Согласно ч. 2 ст. 238 УПК РФ суд вправе избрать обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу, если он ранее не содержался под стражей и скрылся. К. утверждала, что она не скрывалась, а когда в суде проводилось предварительное слушание, она участвовала в рассмотрении гражданского дела в другом суде. В подтверждение своих доводов К. представила копию апелляционного определения суда. Кроме единичного вызова К. на судебное заседание для предварительного слушания, в материалах дела отсутствуют сведения, подтверждающие тот факт, что после поступления дела в суд К. скрывалась[2].

Протокол судебного заседания — это основа выводов суда, на которую суд может и должен опираться в совещательной комнате. Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.04.1996 № 1 «О судебном приговоре» «суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания». Таким образом, протокол судебного заседания является источником исследованных и положенных в основу приговора доказательств. Абсурдным следует признать ситуацию, когда при вынесении приговора протокол судебного заседания не был составлен. Исключительно из протокола судебного заседания суд может черпать те доказательства, которые отражаются в приговоре, в противном случае этот приговор является незаконным. Следует также признать незаконным приговор в том случае, если суд в обоснование своего внутреннего убеждения учитывает доказательства, содержащиеся в обвинительном заключении (акте), а ввиду того, что в момент удаления суда в совещательную комнату протокол судебного заседания еще не готов, остается только догадываться, чем руководствуется суд при вынесении приговора (например, памятью судей либо записями, сделанными в процессе исследования доказательств)…

В соответствии с ч. 6 ст. 259 УПК РФ протокол судебного заседания должен быть изготовлен и подписан председательствующим в течение трех суток со дня окончания судебного заседания[3]. Изучение 1000 уголовных дел за 2003—2008 гг. (находившихся в производстве Верховного суда Республики Мордовия, Ленинского, Октябрьского, Пролетарского районных судов г. Саранска, Рузаевского районного суда Республики Мордовия), за 2008 год (находившихся в производстве Мещанского районного суда г. Москвы), за 2008—2009 гг. (находившихся в производстве НароФоминского гарнизонного военного суда) показало, что в отведенное законом время протоколы составлялись и подписывались лишь примерно в 60% изученных дел, а в 30% случаев на это было потрачено от пяти суток до двух месяцев.

Изготовление судом протокола судебного заседания после вынесения приговора лишает протокол судебного заседания всякого процессуально-правового назначения, и он не может служить источником доказательств, фиксации доказательств, проверки хода ведения заседаний судов кассационной и надзорной инстанций, поскольку участники процесса лишаются права следить за ходом процесса и реагировать на действия противоположной стороны, вносить замечания на протокол.

Протокол судебного заседания имеет доказательственное значение для судов кассационной и надзорной инстанций: именно на его основании они могут делать выводы о соблюдении законодательства на протяжении всего процесса рассмотрения и разрешения дела.

Несоответствие действительности отраженных в протоколах судебных заседаний показаний допрошенных лиц на практике признавалось основанием для отмены судебных решений в кассационном порядке. Так, при рассмотрении четырех гражданских дел по искам А. к ФГУ ИК-5 УФСИН России по Республике Мордовия в определения и протоколы судебного заседания внесены не соответствующие действительности сведения в отношении помощника прокурора Ю., якобы принимавшего участие по делу. Данные обстоятельства подтверждены объяснениями секретаря судебного заседания В. и пояснениями судьи К., которые указали, что помощник прокурора Ю. участия в судебных заседаниях не принимал[4].

Таким образом, протокол судебного заседания является доказательством факта совершения процессуальных действий по познанию доказательств непосредственно в суде, т. е. формой отчетности, по которой можно проследить весь познавательный процесс, его основные части, участвующих в нем субъектов, а также используемые способы познания. «Протокол — документ с записью всего происходящего на заседании, допросе»[5].

Если п. 5 ч. 3 ст. 74 УПК РФ признает доказательством протоколы судебных заседаний, то следует, во-первых, определить разумные сроки их изготовления — не для соблюдения формы процесса, а для того, чтобы протоколом как доказательством можно было своевременно пользоваться, и, во-вторых, гарантировать достоверность и полноту фиксации всего происходящего в зале судебного заседания.

Следует констатировать, что УПК РФ не дает гарантий соблюдения перечисленных требований.

Требования, которые предъявляются ст. 259 УПК РФ к форме и содержанию протокола судебного заседания по полной и «подробной» (п. 10 ч. 3 ст. 259 УПК РФ) фиксации происходящего в зале судебного заседания, секретарю судебного заседания — даже имея большой опыт работы — выполнить физически невозможно. «Доводы участников процесса, аргументы на основании анализа норм законодательства и судебной практики зачастую заменяются их убогой интерпретацией в протоколе судебного заседания»[6].

«Самая формальная, недобросовестная и самая квалифицированная защита (обвинение) в протоколе отражаются, по существу, одинаково. В результате суд кассационной или надзорной инстанции при проверке законности и обоснованности приговора немногое может почерпнуть из записи речей в судебных прениях. Одновременно такое положение не стимулирует качество подготовки обвинения и защиты к участию в судебном разбирательстве»[7]. Как бы то ни было, «протокол отражает лишь субъективное восприятие секретаря судебного заседания в объеме, обусловленном его личными психофизическими качествами»[8].

Отсутствие в ст. 259 УПК РФ положения о том, что протокол судебного заседания должен быть изготовлен до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, лишает его основной функции — служить средством фиксации происходящего. Протокол должен существовать не только (и не столько) как средство контроля правильности действий суда вышестоящим судом, но и как средство, с помощью которого фиксируется информация, необходимая суду при вынесении приговора, особенно в тех случаях, когда рассмотрение дел длится месяцами. Судьи в совещательной комнате должны пользоваться не субъективными заметками и опираться не только на свою память, а на достоверно и полно зафиксированные данные исследования доказательств. Изготовление же судом протокола судебного заседания после вынесения приговора, как это делается в 100% изученных дел, лишает протокол судебного заседания всякого процессуально-правового назначения.

Надлежащим способом соблюдения содержания и формы протокола судебного заседания, как и любого доказательства, с учетом указанных выше требований, является компьютерная система для технической фиксации судебных процессов SRS-Femida, разработанная компанией «Специальные регистрирующие системы» (г. Киев, Украина) и проходящая апробацию в судах.

Этот программно-аппаратный комплекс обеспечивает аудиозапись судебного процесса и одновременно позволяет секретарю непосредственно во время судебного заседания формировать в полуавтоматическом режиме протокол судебного заседания.

Перед началом судебного заседания секретарь вводит в программу реквизиты судебного заседания (дату, номер дела, название и т. д.), редактирует списки действий (событий) судебного процесса, а также списки участников судебного процесса в унифицированных шаблонах. Затем в процессе рассмотрения дела секретарь в соответствии с происходящими на заседании событиями выбирает с помощью манипулятора «мышь» в программе необходимые строки шаблонов из списка действий и действующих лиц, вводит с клавиатуры короткие комментарии (аннотации) и с помощью педали включает аудиозапись фрагментов судебного заседания. B результате сразу после окончания заседания секретарь получает в электронном виде основу протокола судебного заседания, в которой отражены все происходившие в суде события, участвовавшие в них лица и связанные с ними фрагменты фонограмм, которые позволяют затем быстро внести в протокол соответствующие уточнения и распечатать готовый документ в окончательной редакции.

Компакт-диск с записью впоследствии приобщается к делу и может быть воспроизведен на любом мультимедийном компьютере без установки дополнительного программного обеспечения.

В настоящее время имеет смысл говорить об обязательной видеозаписи судебного заседания, которая имела бы доказательственное значение и на которую могли бы ссылаться участники судебного разбирательства при обосновании своих тезисов. Особенно актуально это по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности, информационной безопасности, о преступлениях, носящих технический характер и, как правило, изобилующих специальными терминами, которые не всегда с точностью воспринимаются неспециалистами. В связи с этим представляется необходимым в УПК РФ по примеру ст. 87-1 УПК Украины ввести норму, которая предусматривала бы фиксацию всего хода судебного заседания техническими средствами по требованию хотя бы одного участника разбирательства дела в суде первой инстанции при рассмотрении дела либо в апелляционном суде или по инициативе суда.

 

Библиография

1 Будников В.Л. Доказательственное значение протокола судебного заседания // Проблемы состязательности правосудия: Сб. науч. тр. / Под ред. В.Л. Будникова. — Волгоград, 2005. С. 163.

2 См. определение ВС РФ № 88-003-55 // Бюллетень ВС Республики Мордовия. 2006. № 11. С. 15.

3 Например, УПК Армении предусматривает 5-дневный срок изготовления протокола судебного заседания, УПК Украины — 7-дневный, УПК Республики Беларусь — 10-дневный.

4 См. постановление № 44-у-135/06 по делу Исаенко и Чебалкина // Бюллетень ВС Республики Мордовия. 2006. № 11. С. 7.

5 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 2-е изд.; испр. и доп. — М., 1994. С. 623.

6 Наниев А. Точный протокол укрепит доверие к суду // Российская юстиция. 2002. № 6. С. 58.

7 Мамонт Г.Н., Никандров В.И. О протоколе судебного заседания // Правоведение. 1990. № 1. С. 69.

8 Наниев А. Указ. раб. С. 58.