Субсидиарная ответственность и взыскание убытков в российском праве: процессуальные различия, предмет доказывания и юридически значимые обстоятельства. С. 88-94

DOI: 10.25799/NI.2026.16.18.014 

EDN:  KYDXBL

УДК 347.736.4 

Проблемы частного права

Здесь представлены только метаданные статьи 

Т.Т. Алиев,

зав. кафедрой гражданского, арбитражного процесса и правоохранительной деятельности ФГБОУ ВО «Российская государственная академия интеллектуальной собственности», профессор кафедры гражданско-правовых дисциплин факультета «Современное право»  АНО ВО «Университет мировых цивилизаций имени В.В. Жириновского», доктор юридических наук, профессор Россия, Москва tta70@mail.ru 

С.А. Кочкалов,

кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин факультета «Современное право» АНО ВПО «Университет мировых цивилизаций им. В.В. Жириновского», Россия, Москва kochkalov@mail.ru 

Статья посвящена сопоставлению двух близких, но не тождественных правовых механизмов: субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в деле о банкротстве и взыскания убытков по гражданско-правовым и корпоративным основаниям. Цель исследования состоит в выявлении их общего компенсационного начала, а также разграничении по процессуальной форме, основаниям возникновения, предмету и средствам доказывания, юридически значимым обстоятельствам и правовым последствиям удовлетворения требований. На основе норм Гражданского кодекса РФ, Арбитражного процессуального кодекса РФ, Гражданского процессуального кодекса РФ, Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также позиций Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ обосновывается, что субсидиарная ответственность представляет собой специальный банкротный механизм восполнения дефицита конкурсной массы, тогда как взыскание убытков сохраняет характер универсального частноправового способа защиты. Делается вывод, что совпадение отдельных элементов состава правонарушения не устраняет принципиального различия между указанными институтами: в первом случае ключевым является установление контроля и причинения банкротного дефицита, во втором — причинение конкретного имущественного вреда истцу или должнику. Особое внимание уделено перераспределению бремени доказывания, роли презумпций, допустимым средствам доказывания и современным процессуальным подходам к разграничению предпринимательского риска, недобросовестного поведения и корпоративного вреда.

Ключевые слова: банкротство; субсидиарная ответственность; контролирующее должника лицо; убытки; предмет доказывания; бремя доказывания; причинная связь; юридически значимые обстоятельства; корпоративная ответственность; конкурсная масса.

Исследование проведено в рамках выполнения НИР «Совершенствование механизмов защиты прав на объекты интеллектуальной собственности в странах ЕАЭС» согласно Государственному заданию для ФГБОУ ВО «Российская государственная академия интеллектуальной собственности» (2-ГЗ-2024-2).

Subsidiary Liability and Recovery of Damages in Russian Law: Procedural Differences, Subject of Proof and Legally Significant Circumstances

Aliev T.T.,

Doctor of Law, Professor, Head of Department of Civil and Arbitration Procedure, Russian State Academy of Intellectual Property, Professor of Department of Civil Law Disciplines Faculty of Modern Law, V.V. Zhirinovsky University of World Civilizations Russia, Moscow tta70@mail.ru 

Kochkalov S.A.,

Candidate in Law, Associate Professor of Department of Civil Law Disciplines, Faculty of Modern Law, V.V. Zhirinovsky University of World Civilizations Russia, Moscow kochkalov@mail.ru 

The article compares two related yet non-identical legal mechanisms: subsidiary liability of controlling persons in bankruptcy proceedings and recovery of damages under civil and corporate law grounds. The purpose of the study is to identify their common compensatory basis and to differentiate them by procedural form, grounds for liability, subject matter and means of proof, legally significant circumstances and legal consequences of granting claims. Based on the norms of the Civil Code of the Russian Federation, the Commercial Procedure Code of the Russian Federation, the Civil Procedure Code of the Russian Federation, the Federal Law On Insolvency (Bankruptcy), as well as the positions of the Constitutional Court of the Russian Federation and the Supreme Court of the Russian Federation, the article substantiates that subsidiary liability is a special bankruptcy mechanism aimed at compensating the deficiency of the bankruptcy estate, whereas recovery of damages retains the nature of a universal private-law remedy. It is concluded that the coincidence of certain elements of the wrongful conduct does not eliminate the fundamental distinction between these institutions: in the first case, the key issue is proving control and causation of bankruptcy deficit, while in the second case the focus lies on proving specific pecuniary harm caused to the claimant or the debtor. Particular attention is paid to the allocation and redistribution of the burden of proof, the role of presumptions, admissible means of proof, and modern procedural approaches to distinguishing business risk from bad faith conduct and corporate harm.

Keywords: bankruptcy; subsidiary liability; controlling person of the debtor; damages; subject of proof; burden of proof; causation; legally significant circumstances; corporate liability; bankruptcy estate.

The study was conducted as part of the research project “Improving the mechanisms for protecting intellectual property rights in the EAEU countries” in accordance with the State Assignment for the Russian State Academy of Intellectual Property (2-GZ-2024-2).